Книга Ангел за маской греха, страница 23 – Алиса Бренди

Я была настолько удивлена его реакцией, что на несколько секунд просто забыла дышать. Молотов защитил меня? Тот самый человек, который заставил снять трусики в примерочной и заставляет отрабатывать долг через постель? Который угрожал заблокировать счета? Мои мысли путались — я никак не могла понять логику его поступков. То он обращается со мной как с вещью, то вдруг встает на защиту, словно я что-то для него значу.

В голове не укладывалось. Что это было? Игра на публику? Или что-то другое?

Но размышлять долго не пришлось. Молотов крепко взял меня под руку и потащил куда-то прочь из основного зала. Мы прошли по коридору мимо уборных, свернули за угол, поднялись по узкой лестнице наверх. Здесь было гораздо тише — звуки вечеринки доносились приглушенно, издалека.

Он втолкнул меня в какую-то маленькую комнату, похожую на служебное помещение или кабинет администратора. Тусклый свет от единственной лампы, кожаные кресла, массивный письменный стол, заваленный бумагами. Пахло сигарами и виски.

Дверь за нами захлопнулась с глухим щелчком, и я почувствовала, как по спине пробежал холодок страха. Мы остались наедине, вдали от людей. Сердце заколотилось быстрее, во рту пересохло. Атмосфера в комнате сгустилась, стала тяжелой, напряженной, словно перед грозой.

Молотов повернулся ко мне, и я невольно сделала шаг назад, упершись спиной в дверь. Бежать было некуда.

Эля

Молотов внимательно посмотрел на меня, в его взгляде читалось любопытство.

— Балерина, значит, — произнес он медленно, словно пробуя на вкус это слово. — Ты меня действительно удивила. Не ожидал.

Он сделал шаг ближе, я еще плотнее прижалась к двери. Деваться было некуда.

— Интересно, — продолжил он, склонив голову набок, — такое будущее... сцена, софиты, аплодисменты, слава. А ты выбрала шест и пьяных мужиков с пачками наличных. — В голосе появились насмешливые нотки. — Что, легкие деньги показались привлекательнее? Еще несколько лет — и могла бы блистать в театре, а ты предпочла раздеваться за деньги.

Как же он уверен в себе! У него даже мысли не возникает, что меня могли вынудить обстоятельства. Что я не по своей воле оказалась в клубе.

— А может, у меня не было выбора? — резко ответила я, с вызовом глядя ему в глаза. — Не все рождаются с золотой ложкой во рту. Некоторым приходится выбирать между гордостью и жизнью близких людей.

Молотов приподнял бровь, явно заинтересованный моим ответом.

— Значит, не жадность? — едко произнес он. — Благородные мотивы? Спасала кого-то?

— А тебе какое дело? — огрызнулась я. — Ты же уже все про меня решил. Продажная стриптизерша, которая украла твои деньги. Зачем тебе знать подробности?

— Не зли меня, — произнес он тихо и неожиданно шагнул совсем близко.

Прежде чем я успела что-то сказать или отстраниться, его губы накрыли мои. Поцелуй был властным, требовательным, но не грубым. Я не сопротивлялась и не отвечала — просто стояла, словно окаменевшая, чувствуя, как его руки легли на мою талию.

Странность ситуации поражала: я понимала, что меня целует человек, который превратил мою жизнь в ад, который заставляет отрабатывать долг как последнюю проститутку. Но не признать, что целуется он действительно хорошо, я не могла. Его губы двигались уверенно, знающе, пробуждая что-то, чему не место было в этой ситуации.