Книга После предательства, страница 46 – Мэри Ройс

Но следующие ее слова я прерываю глубоким поцелуем. Мне это нужно. Ей это нужно. И запустив ладонь в ее мягкие волосы, я слегка сжимаю их на затылке и притягиваю миниатюрную Ясю ближе, глотая ее слабые стоны, пока я оттягиваю ее голову назад. Подстраиваю под себя. Под поцелуй, который выходит за рамки приличия.

Влажное прикосновение наших языков посылает разряд в позвоночник, и я отстраняюсь. Необходимо остановиться. Иначе я, черт возьми, не уеду.

Тяжело сглотнув, поправляю ее волосы, которые по неосторожности привел в беспорядок и киваю.

— Я приеду сразу, как решу все вопросы по работе и дома.

Я избегаю упоминания бывшей, но Яся понимает все и так, пытаясь отвести взгляд в сторону, но я не позволяю, подцепив подбородок и заставив посмотреть на себя.

— Не забивай себе голову ерундой. Верь мне.

Не в силах вздохнуть, Яся несколько раз кивает и шепчет:

— Ладно. Позвонишь?

— Как доеду, — хрипло произношу, поглаживая большим пальцем ее подбородок. — Если что-то потребуется — звони в любое время.

Мне хочется кое-что сказать по поводу ее врача-друга, но сдерживаю себя, не позволяя превратиться в ревнивого придурка. По крайней мере, пока у меня нет в этом необходимости. Я надеюсь.

Разозлившись на свои мысли, я наклоняюсь и снова целую Ясю, чтобы выбить все дерьмо из своей головы. Но на этот раз она останавливает поцелуй, похлопывая меня по груди.

— Мы ведем себя как два подростка.

Я давлюсь смешком.

— Точно.

Яся приподнимается на носочках и нежно касается губами моей щеки.

— Будь осторожней. И… возвращайся скорее.

Ее тихие слова врываются в мою грудь порывом ураганного ветра, но, не дожидаясь моего ответа, Яся отступает назад и, перед тем как развернуться, посылает мне воздушный поцелуй. А я, как и полагается долбанному подростку, стою и не могу отвести взгляда от ее удаляющейся фигуры с мягко покачивающимися бедрами.

Когда я все-таки сажусь за руль и трогаюсь с места, чувствую на своем лице улыбку. Уверен, что выгляжу как идиот.

Провожу по губам ладонью, но она не сходит. Счастливый идиот.

Я должен был знать, что оставить Ясю будет не просто. Но чтоб настолько тяжело… Нет. Я абсолютно точно был не готов к этому. И никакие здравые аргументы, что это всего лишь временная мера, не успокаивают мое беспорядочно бьющееся о ребра сердце.

Если я в кратчайшие сроки не разберусь с расстоянием, которое нас разделяет, я превращусь в сплошной оголенный провод или, того хуже, стану невротиком.

Потому что, чем дальше я от Ярославы, тем холоднее становятся следы от ее поцелуев и прикосновений, тем тоньше аромат ее цветочных духов.

Я так не хочу терять все это, что, если бы мог, сжал бы каждую эмоцию, каждую молекулу ее запаха и тепла в кулак и запечатал в груди одним ударом.

Но чем ближе я подъезжаю к дому, тем размытей становится все то, что подарила мне Яся.

Я тяжело сглатываю и сжимаю руль в ладонях, призывая себя к холодной ясности.

Все, на чем стоит мне сосредоточиться, это слова Яси:

«Будь осторожней. И… возвращайся скорее».

И все же остаток дороги мысли не прекращают крутиться в голове. Но стоит отдать должное: благодаря этому время пролетает незаметно.

К дому я подъезжаю в начале третьего ночи. И уровень моей эмоциональности к этому часу максимально притуплен усталостью.