Книга Нежная малышка для Злодея, страница 7 – Арина Алексанова

Я разомкнула губы, чтобы впустить в себя пульсирующий огромный член, который сразу же заполнил весь мой рот своим размером.

— Глубже. Еще глубже, — хрипло повторил Руслан, но я не смогла. Слезы брызнули из моих глаз, и я отстранилась, отрицательно качая головой.

— У меня не выходит!

Руслан задумчиво пробежался глазами по моему лицу.

— Возможно, ты действительно сказала правду. Это многое меняет.

— Ты отпустишь меня?

— Нет. Долг тебе все равно придется отработать. Но по-другому, — Руслан убрал свой член в брюки и застегнул ремень.

— Как?

— Будешь уборщицей.

— Сколько? Я так и за десять лет на расплачусь! Ты предлагаешь мне провести всю жизнь в твоем рабстве?

— Мне будет пиздец, как приятно, если мой клуб будет драить дочка Потапова. Моральное удовлетворение, знаешь ли, порой, не хуже оргазма. Устраивает такой вариант?

— Да, разумеется, да.

— Но жить ты все равно будешь у меня. Побудешь, так сказать, в заложниках. Пусть твой отец помучается, поищет тебя, потреплет свои нервишки.

— Ты — чудовище, монстр. Злодей!

— Не я такой, крошка, — мужчина слегка наклонился и чуть коснулся моего подбородка пальцами, — жизнь такая.

Руслан Терлеев

Моя жизнь всегда была организованной и упорядоченной. Я привык все держать под контролем. Малейшая слабина дает трещину в налаженной системе. А в последствии, это приводит к полному краху. Я многократно имел удовольствие наблюдать, как рушится бизнес конкурентов, иногда с моей помощью, иногда по вине их самих. И причиной этому всегда было то, что люди давали слабину и допускали брешь в выстроенном годами бизнесе.

У меня никогда не было ничего подобного. Жесткость, власть, сила — основные проявления характера, позволяющие встать у мачты. Когда тебя боятся — тебя слушаются.

Я управлял бизнесом уже много лет, и у меня это получалось весьма неплохо. Для незрелого мальчишки, родом из деревни Лиходеи, у которого спились родители, мои успехи на сегодняшний день — кому-то могли бы показаться чудом. Но я знал, что добился этого своим каждодневным упорством и трудоголизмом, не без помощи силы духа, которая с годами только закалилась, посильнее, чем сталь в металлургической печи, или глина на гончарном круге после обжига.

Конечно, за все приходится платить. Свою жертву я уже принес. В свои тридцать шесть лет у меня не было семьи: ни кровной, ни социальной, не было даже тех, кого бы я мог назвать «друзьями». Партнеры по бизнесу не в счет, подчиненные и обслуживающий персонал тем более. От их заискивающих взглядов мне давно уже не холодно, не горячо.

Мне не хватало человеческих эмоций. Открытости, искренности, дружелюбия, доброты.

Даже соперники и конкуренты не показывают своих настоящих чувств. Лучше бы они меня прямо ненавидели или презирали. Но нет. Скрытое лицемерие и показное равнодушие правили балом.

Я давно уже живу в мире, где нет настоящих эмоций. В мире, где каждый носит маску. А я уже давно прошел эту стадию любопытства. Раньше любил разгадывать намерения и скрытые мотивы окружающих меня людей. Сейчас я понимаю, что все их мысли практически одинаковые: как развести меня на бабки, как потопить мой бизнес, как поиметь с меня выгоду.

Может, поэтому, Мила и сумела вызвать мой интерес. Она была, словно не из этой вселенной, где правят холодный рассудок и власть. Она была искренней, настоящей. Ее эмоции были живыми, ненаигранными.