Книга Тянет к тебе, страница 49 – Ана Сакру

— Держи, – Дан протягивает мне ледяную запотевшую бутылку пива и падает задницей прямо на палубу рядом со мной.

Облокачиваемся голыми спинами о стальное нагретое ограждение.

Данил молча раскрывает пачку сигарет перед моим носом. Вытягиваю из нее папиросу, хрен уже знает какую за сегодня.

Чокаемся бутылками и, сделав по глотку, лениво щуримся на обмазывающих друг друга кремом от загара девчонок. Сестры Коршуновы и трое подружек Полины устроились на носу нашей небольшой арендованной яхты.

Погода как на Средиземноморье, а не на Балтике, солнце жарит вовсю, море лазурное и гладкое. Повезло. Фоном играет легкий транс, доводя картинку до почти идеальной. Еще бы внутри так не ныло, и вообще зашибись.

— Вы что, поругались? – кивает Данил на Кудряху, которая в этот момент перетягивает резинкой непослушную копну волос, обнажая на оливкой шейке надпись "море".

— Ну так…– вяло отзываюсь, – Помиримся…– заканчиваю хрипло, в глубине души полностью уверенный в обратном.

Потому что Анжелика за последние несколько часов дала мне фееричный мастер класс по игнору.

Если я думал, что она раньше меня не замечала, то теперь уверен, что до этого мы были чуть ли не лучшими друзьями.

Каким идиотом я был, решив, что это я ее соблазняю. Трогаю, зажимаю, а она просто не может противостоять.

Оказывается, еще как может.

Она всего лишь позволяла мне это все. А сейчас нет.

Между нами будто выросла стена из пуленепробиваемого стекла. И я прекрасно вижу сквозь нее манкую сучку Энджи, но дотронуться не могу. Не разрешает. Таким ледяным презрением обдает при малейшей попытке, что у меня конечности отсыхают и тестикулы испуганно прячутся в пах.

И я буквально подыхаю от этого.

Мне тошно, настроение на нуле.

Я физически ощущаю, что ей неприятно даже находиться со мной в одном поле. И слишком хорошо помню, как еще ночью ей было дико хорошо, а наши поля не просто пересекались, а плавились в одно.

И я был в ней.

А теперь даже за руку взять не могу. Она дергается и фонит морозом, которому позавидовала бы и Снежная королева. И это моя знойная Кудряшка.

Пока сидели в кафе на берегу с ее родственниками и ждали, когда подгонят две яхты, одну для молодежи, другую для поколения постарше, я пару раз пытался провернуть тот же финт, что на "ура" залетел вчера.

Трогать ее при всех. Ведь мы же пара…

Но Эндж мгновенно так каменела, и не в хорошем смысле, что я сдался и перестал пытаться уже через несколько минут.

Чувство было, что я ее чуть ли не насилую. Мерзкое, грязное, убогое. А я не про это. Я такое не люблю.

Поиграть в принуждение – это прикольно и горячо. Лезть же к девушке, которая реально тебя не хочет и заставлять себя терпеть – лютое дно.

Бля… Я такой идиот!

На хера я все так испортил с утра? Сейчас бы может уже заперлись с цыганочкой моей в каюте внизу, и я бы стаскивал с нее эти микроскопические черные трусики от купальника.

И гори оно все огнем.

Но уже не переиграть. Остается только пивом давиться, чувствуя, как размазывает на палящем солнце, и курить как паровоз.

Вчера она была в дрова. Сегодня буду я. Может сжалится и уложит спать. "Хах, мечтай, придурок!" – мысленно зло стебу сам себя.

Взгляд в миллионный раз за этот день влипает в ее фигуру, скользит по стройным ногам и прикипает к смуглым бедрам. Ерзаю задницей по палубе, стараясь незаметно поправить плавательные шорты, чтобы так жестко не торчало ничего.