Книга Топит в тебе, страница 59 – Ана Сакру

С кухни возвращается Яр с подогретым пирогом и каким-то салатом в заводской упаковке. Ставит все это на журнальный столик.

— Ну что, реванш? Я тебя сейчас сделаю, – хищно скалится, падая рядом на диван.

Телефон снова пиликает сообщением. Заторможенно моргаю.

— Посмотрим, включай, я сейчас.

Ухожу в уборную. И только там читаю, присев на край ванны.

Люба: Мы просто ругались.

Макс: Нет, мы расстались. Так что не надо больше мне писать.

Вижу, как печатает и стирает, и снова печатает, но не отправляет, подбирая слова.

Я примерно представляю, как она сейчас бесится, и от этого уровень кортизола в моей крови достигает каких-то запредельных отметок. Потому что я не люблю ругаться, не люблю чувствовать себя виноватым. Не люблю, как и любой другой нормальный человек. Мне не приносит радости резко отвечать ей. Я просто вообще не хочу отвечать.

Но надо нормально поставить точку, да?

Желательно без оскорблений и криков. И я стараюсь. Стараюсь это сделать так. Наконец прилетает сообщение от Любы.

Люба: Когда через неделю ты начнешь просить прощения, я тебе это припомню!

Вот же…!

Тянет огрызнуться "не начну", но это лишь продолжит наш бестолковый диалог. Она специально пытается меня зацепить, но я не буду вестись, хоть и очень хочется! Хотя бы из чувства противоречия.

Но я не буду. Нет.

Ничего не отвечаю. Ставлю телефон на беззвучный режим. Выхожу из ванной.

— Быстрей давай, калека, – подгоняет меня Яр, протягивая джойстик.

Откладываю телефон подальше и успеваю заметить, как на него прилетает еще одно сообщение.

Люба: Это из-за нее?

По телу прокатываются неприятные раздражающие мурашки. Медлю с секунду, а затем отправляю Малевич в блок и небрежно швыряю на подушки телефон.

Так лучше, да. Даже выдохнуть получается.

Начинаем матч, но меня все равно остаточно трясет после переписки. Сосредоточиться не выходит, и Ярик в восторге, потому что он теперь ведет.

— Только не говори, что ты специально как мертвый бегаешь, – косится на меня с подозрением, когда мой игрок в очередной раз делает корявую передачу.

— Да нет, просто что-то не идет, – бормочу, пытаясь вникнуть в игру.

Кошка мурчит, потираясь о мои ноги, а затем, не получив свою порцию поглаживаний в ответ, возмущенно тонко мяукает, выпускает коготки и начинает драть диван.

— Душка, фу! Нельзя! – рычу на нее, легонько отпнув в сторону.

Кошка фыркает на меня возмущенно, распушив персиковый хвост.

— Иди лучше сюда, – хлопаю себя по бедру.

И она будто все понимает. Грациозно выгибается и прыгает ко мне на колени. А через секунду отмирает офигевший Яр.

— Как ты ее назвал?!

Бл…!

Я же специально все это время не обращался к ней, но Люба окончательно расшатала меня. Забылся.

Медленно поворачиваюсь к другу. У того глаза, как две пули, которые норовят меня пристрелить. Курок взведен, но приговор пока откладывается в ожидании хоть каких-то объяснений.

Дурацкая ситуация, да…

— Душка, – повторяю, стараясь звучать максимально беспечно.

Типа я совсем дебил и не понимаю, что не так.

У Яра нервно дергается бровь в немом вопросе.

Я неопределенно пожимаю плечами.

— Да когда только домой принес, заезжали с Лидой покормить ее, а она тут нассала. Лида убирала, и вот… В шутку…– путано объясняю.

Яр молчит, не мигает, а по его шее заметно проезжается кадык.