Книга Слишком близко к тебе, страница 91 – Ана Сакру

Усевшись по-турецки на незаправленной кровати, я перебираю гитарные струны, пытаясь настроиться на выполнение домашнего задания.

Завтра у меня занятие, уже вечер воскресенья, а я… А я не в силах себя собрать и выплыть из густого розового тумана, в котором торчу вот как вторые сутки.

И Эмиль мне вообще не помогает. Особенно сейчас, когда его пальцы рассеянно рисуют узоры на моей пояснице под его футболкой, кроме которой на мне больше ничего и нет. С трусами в эти выходные как-то совсем не заладилось… Не держатся.

Тихонько вздыхаю, подтягивая струну. Кошусь на Караева, развалившегося за моей спиной и держащего конспект в одной руке перед глазами.

Кажется, он реально читает. Лицо сосредоточенное и отстраненное, между прямых черных бровей то и дело залегает вертикальная морщинка. И пальцы рисуют по моей спине и бедру будто совершенно неосознанно, без особого намека на продолжение. А я вот не могу так… Покалывающие мурашки расползаются по коже от его касаний, и внизу живота неотвратимо влажно раскаляется.

Боже… Я бы его съела! Я как помешанная, и это даже немного страшно. Страшно вот так стремительно влипать в другого человека.

Успокаивает лишь то, что Эмиль и сам не отпускает меня от себя в эти два дня.

Все выходные мы проторчали дома – меняли только спальни, вваливаясь то в мою, то в его. В субботу, ближе к вечеру, я ради приличия предложила погулять, но Эмиль только насмешливо выгнул бровь – "Малек, ты правда этого хочешь?". И снова подмял под себя, убедительно доказывая, что хочу я на самом деле совершенно другого.

Когда пару раз спустились перекусить, Анна, экономка, косилась на нас очень многозначительно, но не задавала лишних вопросов. А у меня все равно щеки горели от смущения и… удовольствия, что мы теперь вместе, и это слишком очевидно для окружающих.

Как это "вместе" впишется в нашу реальность, особенно когда вернутся мама и Назар Егорович, думать не то, что не хотелось… Даже не получалось.

Да и слишком хорошо было, чтобы загружать себя подобным вопросами раньше времени.

У нас есть как минимум неделя, а там… "Проблемы надо решать по мере их поступления", да?

Сдавшись и признав, что завтра приду на занятие неподготовленной, откладываю гитару и растягиваюсь на кровати рядом с Эмилем, уткнувшись подбородком в его голую грудь. На нем только спортивные шорты, так как свою домашнюю футболку он пожертвовал мне.

— Ну как, получается? – улыбаясь, киваю на конспект.

— Ну та-а-ак, – тянет Эмиль многозначительно, давая понять, что его мысли тоже далеки от учёбы.

Переводит на меня теплый, ленивый взгляд. Подтягивает повыше, чтобы достать губами губы. А рукой уже задирает на моих бедрах футболку и оглаживает голую ягодицу, задевая пальцами промежность.

Всхлипываю, потому что это очень горячо. У меня от того, как легко и естественно, по несколько раз в день, он переходит к сексу, сносит крышу.

Я уже даже не стесняюсь. Я устала стесняться.

Меня не смущают ни свет, ни нагота, ни откровенные намеки и прикосновения, а ведь еще позавчера я была девственницей. Просто Эмиль так смотрит, так целует, так трогает… Будто я лучшее, что с ним случалось в жизни. И это дарит свободу.

— Завтра в универ…– бормочу шепотом, прикрыв глаза, пока мужской рот ведёт влажную дорожку по моей шее, а рука протискивается между сомкнутых ног.