Книга Отстань от тети, мальчик!, страница 22 – Ирина Давыдова, Тая Стрельцова

— Это что ж за опыт у тебя такой был? — чуть нахмурился.

— Это личное, — отвела взгляд я, делая вид, что поправляю что-то на столе.

Подсознательно прятала в глаза, не желая, чтобы кто-то заглядывал мне в душу. Я не готова была открываться, ворошить прошлое.

— То есть, мы не можем быть вместе, потому что ты проецируешь на меня косяки бывших? — подорвался с места и прошелся по кабинету.

Вскипел. Явно задело то, что услышал от меня.

— Я не проецирую. Я просто кое-что замечаю, — пожала плечами.

— И что же ты замечаешь? — склонил голову на бок.

— Пафосные жесты, улыбки направо и налево всем подряд… Короче, — махнула рукой я.

Алим нахмурился еще больше. Какое-то время молчал, а потом его глаза немного расширились. Еще через мгновение на губах снова заиграла легкая улыбка и он снова сел.

— Ты что, ревнуешь?

— Еще чего! — закатила глаза я.

— Ну да, ожидать, что ты в этом сознаешься, — глупо.

— Думай, что хочешь.

— А я и думаю. И, знаешь, до чего додумался? Наши отношения вероятны больше, чем ты можешь себе представить.

— Алим, мы договаривались, что я объясняю, почему нет, а ты принимаешь это, — строго напомнила я.

— Конечно, — ответил с улыбкой, встал и вышел из моего кабинета.

Пусть идет. И пусть забудет о том, что хотел каких-то отношений со мной. Лучше так. Лучше сейчас, чем потом. Я очень хорошо знаю, как может быть больно. Я очень хорошо знаю, каких мужчин нужно избегать. Таких тиранов, каким был мой отец и брат. Таких, каким был мой первый парень, первая любовь, разбившая мне сердце вдребезги. Никогда не завожу отношения, если вижу, что в мужчине присутствуют качества абьюзера, тирана, бабника… Может, Алим еще и сам не понимает, но, если в его возрасте ни разу и ни с кем не встречался долгое время, возможно, он не создан для этого. Я же не хочу привязываться к такому мужчине.

Алим

Две недели спустя

— Алим Ибрагимович, вы же понимаете, эта ситуация требует не просто вашего внимания, но и присутствия.

— Я тебя услышал, Марта. Я подумаю, что могу сделать.

— Может, приедете?

— До связи.

Объяснять, почему я не могу сейчас приехать, — начать оправдываться перед теми, кому даешь работу. Их дело — выполнять обязанности, а дальше я решу сам, нужно там мое внимание или нет.

Сейчас все мое внимание сосредоточено на Ане, которая никак не хочет делать шаг навстречу. Порой мне кажется, что она оттаивает, и ее теплые улыбки, или нежные прикосновения тому доказательства. Но чаще всего это все та же неприступная гордая девушка, которую хочется встряхнуть, чтобы очнулась и подпустила к себе.

Открыв ящик стола, я достал из него итальянский шоколад дольками, упакованный в пакетик и перевязанный атласной лентой. Пойти подсластить Анюте? Может, хотя бы улыбнется мне неприступная принцесса.

Отыскав Аню на кухне, я поспешил в ее кабинет, где на столе оставил сверток шоколада. Отдавать лично даже не думал, ведь куда приятнее зайти на свое рабочее место и получить маленький сюрприз.

— Слушаю.

— Привет, сын. Как ты?

Я вернулся в свой кабинет и принял звонок от отца.

— Справляюсь. У вас как дела? Мелкая растет не по дням, а по часам? — хмыкнул я, вспоминая Лилю, дочь отца от второго брака.

— Растет малышка, все соки из меня пьет, а я и рад.

— Соскучился по ней. Привет от меня передавай и поцелуй крепко.