Книга Твоя оторва, страница 23 – Ирина Давыдова

Проводя папу на работу, я устало присела на диван. Потянула на себе плед и обернув вокруг тела, носом уткнулась в уголок.

— Что же мне делать, мамочка?

Я уснула. Стоило только прикрыть глаза, как тут же провалилась в сон. Ночь выдалась напряженной. Эмоции были на пределе и мой организм срочно потребовал перезагрузку. Не привык он к таким качелям, не привык, когда мне причиняют боль. Наверное, впервые в жизни я пережила такой стресс. Как там таких как я называют? Тепличный цветочек? Выращенный заботливыми руками папы и мамы? Ну и ладно, мне не обидно. Зато грустно, что любовь может приносить такие страдания.

Проснулась я укутанная пледом. Улыбнулась, прекрасно зная, кто обо мне позаботился.

Мама.

— Выспалась? ― тут же услышала голос мамы и повернула к ней голову.

— Угу. Мамуль, посидишь со мной?

Она улыбнулась и подошла ко мне. Я слегка подвинулась и дождавшись, когда она присядет уложила свою голову ей на бедра.

— Как дела, милая? Расскажешь, как погуляли?

Я прикрыла глаза и поняла, что не могу снова врать маме. Я и так в последнее время слишком часто это делаю. Стыдно ужасно.

— Мам, я такая дура.

Я зажмурилась, а мама положила на голову руку и принялась медленно массажировать кожу. Так приятно.

— Ты была у него, да?

Я кивнула, поднялась и прижалась к маме, положив голову на ее плечо.

— Мам, он такой бабник, ― выдохнула я, вспоминая что ночью он приехал домой не один и даже не с Олей.

— Говорят бабники перерастают в хороших семьянинов.

— Не верю, что в случае с Даниилом это возможно.

— Ты была с ним сегодня?

— Ты про секс? ― мама кивнула. ― Нет. Он меня скорее пришибет, чем… в общем, он был очень зол на меня.

— Почему?

— Мамуль! Ну ты же понимаешь, что я приехала к нему не кроссворд разгадывать. А он там с этой…

— С Олей?

— Нет, ― хохотнула я, глядя ей в глаза, ― хуже. Он вызвал шлюху. Но я ему помешала. Хоть одно доброе дело сделала.

— Точно бабник. Лиан, может ну его?

Я ошарашенно округлила глаза и выдохнула.

— Мам, а как мне его из сердца вырвать? Я так не могу.

— Любишь?

— Люблю, ― подтвердила я, и тут же была утянута в ее объятия, ― а он меня выгнал раздетой на улицу. Представляешь? Практически голой!

— Значит, ты его соблазняла? Не послушала меня, да?

— Я не послушная, мам. Ты разочарована во мне?

Теперь она округлила глаза, а я прикусила губу.

— Прости.

— Я не могу разочаровываться в собственном ребенке. Я не хочу, чтобы ты страдала. Но знаешь, как это странно не звучало, я, наверное, рада, что влюбилась ты именно в Даниила.

— Почему?

— Ну, он тебя не обидит. Я имею в виду, не воспользуется тобой. Был бы это другой человек, не знакомы нам, я была бы против твоих чувств.

— Ага, а Даниил весь такой святой, сейчас слезу пущу. Выволок меня ночью на холод раздетой. Да, потом исправился! Отогрел. Но все равно. Гордость моя пошатнулась.

— Не надо виснуть на взрослого мужчину. Пусть теперь сам бегает за тобой.

— Разве в следующей жизни, мам. Но единственное, что я поняла ― больше я к нему не поеду. Пока сам не пригласит. Мне было очень больно от его поступка.

— Его тоже можно понять. Он видит перед собой молодую красивую девушку, которой есть восемнадцать лет, но понимает, что она дочка его лучшего друга. Ты для него табу. А наверное, очень хочется. Я же видела его взгляды, обращенные на тебя.