Книга Моя слабость, страница 66 – Ирина Давыдова

— Я на минутку.

— Нина, извини, я не знала, что ты не одна. Мы с папой ехали от тети Лены и решили заехать к тебе.

— А почему ты грустная такая, дочка? ― услышал слова Николая Игнатовича. ― Гриша тебя обижает?

— Ой, нет, пап, ты что. Просто у меня сегодня пострадавший на руках умер.

Я натянул футболку и поторопился вернуться к гостям, а точнее к врачихе. Мне нужно контролировать ее состояние.

— Мне жаль, Ниночка.

— Я вообще против, чтобы Нина работала. И тем более переживала вот в таких случаях, ― сообщил я, увлекая ее в объятия.

— А мне нравится твоя позиция, Гриша, ― отметил отец, за что я благодарно кивнул.

— А мне нет, ― неожиданно произнесла Наталья Александровна, которая обычно во всем меня поддерживала.

— Согласна, мам. Мне тоже не нравится. Я не собираюсь сидеть дома и покрываться слоем жира. Я буду работать.

— Вот! Мало того, что это твой заработок, так еще и тупеть не будешь.

— Наталья Александровна, я собираюсь сделать Нину своей женой, и могу позволить себе обеспечивать ее.

— Нет! ― одновременно произнесли женщины, вызывая у меня недоумение.

— Да почему?

— Потому что женщина должна быть независимой, Гриша. Вы, мужчины, этого не понимаете. Вон, Коля тоже всегда говорил мне, увольняйся. А я ни в какую. Ты можешь сколько угодно дарить ей подарков, оплачивать салоны и любые слабости, но Нина должна чувствовать себя независимой. Вдруг ты завтра уйдешь, и с чем она останется? А что, если ты уедешь по работе, и ей понадобятся деньги? Она же не станет звонить тебе и просить сбросить на карточку. Уважающей себя женщине, будет унизительно такое делать.

— Да что в этом такого?

— Вот я всю жизнь не понимаю этого, Григорий. Ну ничего, все равно мы не оставляем своих женщин без подарков.

— Нет, я в принципе не против, чтобы Нина работала, меня больше напрягает место, где она работает. Вот сегодня нервы, слезы. Нахер мне надо, чтобы моя женщина плакала? К тому же ей ходить беременной, и к чему этот стресс?

— Ой, все, знаете, вообще не о том говорим. Мам, пап, чай будете? ― Нина решила уйти от темы, ну ничего, милая, мы к ней еще вернемся. Или она думает, что я шучу на счет семьи?

— Нет, милая, раз у вас все хорошо, мы поедем. Не будем вам мешать, ― мама подмигнула мне, и тут же поцеловала дочку.

Вот нравится мне Наталья Александровна, всегда на моей стороне. Ну, не считая момента с работой. Но тут у меня в поддержке Николай Игнатович. По‐моему, отличная семья.

Когда родители ушли, я сразу же прижал врачиху к входной двери. Она даже развернуться не успела, почувствовав на своем теле мои руки. Бл*ть, какая же она охеренно вкусная.

— Врачиха, ты сводишь меня с ума, ― руками сжал ее грудь, ощущая как в пальцы впиваются тугие соски.

— Ты перевозбудился? Я же ничего не успела сделать, а у тебя такой кол в штанах.

— Я рад, что ты оценила.

Губами обхватил мочку уху, и слегка прикусив, мазнул по ней языком. Нина прогнулась и попкой потерлась о член, вырывая из моего рта стоны. Одну руку спустил вниз, и расстегнув пуговицу на ее шортах, скользнул в трусики. Пальцами коснулся нежной кожи лобка и принялся ласкать влажные от желания складочки. Моя девочка набухла и уже требовала получить свою долю ласки.

— Гриша, ― выдохнула она, когда я двумя пальцами вошел в ее лоно, ― Гриша, пожалуйста.