Книга Измена. Жестокий муж, страница 22 – Ирина Давыдова

— Иди ко мне, — выдохнул Тимофей, потянул на себя и прижал к своему телу.

Я с каким-то диким наслаждением втянула аромат его парфюма, перемешанный с кожей, и заплакала сильнее. Лицом уткнулась в его грудь и понимала, что слезами и тушью пачкала его белоснежную рубашку. Но сил, чтобы отстраниться у меня не было. Наверное, понимание того, что мне не придется ни под кого ложиться стало моим срывным стоп-краном. Я не могла остановить этот поток слез и боялась, что стоит мне сейчас отстраниться, и все исчезнет.

Чувствовала, как сильная рука гладила меня по спине. Земский не торопил меня, не упрекал, не просил прекратить плакать. Он просто давал мне время. Это было так странно и одновременно приятно. Он поддерживал меня, при этом не давая упасть в пропасть.

— Все хорошо. Я с тобой.

Кое-как найдя в себе силы, я подняла голову и заглянула в его глаза. Он был так близок, что я могла ощущать его дыхание на своем лице. Неосознанно облизнула губы и шмыгнула носом. Не очень красиво. Но я сейчас и вид имела тот еще. Наверняка похожа на панду.

— Прости, — прошептала я, имея в виду его рубашку.

— Иногда поплакать тоже полезно, Ая.

Я зажмурилась от его обращения и медленно покачала головой.

— Он не отдает мне сына.

Рука Тимофея сильнее сжалась на моей спине.

— Я уже работаю над этим.

— Что? — выдохнула сквозь сжатые зубы. — Ты поможешь моему сыну?

Тим второй рукой коснулся моего лица, убирая выбившиеся пряди волос за ухо и вызывая в моей душе нежность. Я прикрыла на миг глаза и сделала глубокий вдох.

— Я помогу вам.

— И что ты попросишь взамен?

Я не верила больше в благородство. И пусть Тимофей никогда ничего плохого мне не делал, я не верила, что его помощь может быть безвозмездной.

— Ничего, Ая, я не попрошу. Я делаю это не для самоутверждения. Я просто хочу помочь тебе.

— Но…

— Тссс, — он положил палец на мои губы, тут же бросив на них короткий взгляд, — в память о нас. Пусть это будет так.

Я снова неосознанно решила облизнуть губы и только после поняла, что языком задела его палец. Зрачки Тима расширились, и я резко отстранилась.

— Прости, я испортила твою рубашку.

— Если тебя это так заботит, можешь ее постирать и погладить. Мне будет приятно. На самом деле это ерунда, у меня есть другие.

— Нет, что ты, я постираю! — выпалила тут же, виня себя за несдержанность.

— Я пошутил, девочка. Ничего ненужно стирать.

Я смотрела в его глаза и понимала, что этот мужчина за годы стал красивее и сильнее. В нем стало больше мужественности и сексуальности. Но и больше десяти лет назад он тоже был не менее красив. Сейчас просто стал старше. Этот мужчина как хорошее дорогое вино. С годами только лучше и крепче.

Только сейчас я поняла, что мы уже выехали из поселка. Надо же, я так была погружена в свои эмоции, что даже не заметила, когда мы тронулись.

— Айлин, я хочу, чтобы ты знала, что просто не будет. Я не обещаю завтра же вернуть тебе сына, но я сделаю это, слышишь?

Я медленно кивнула, сжимая руки на жакете.

— Спасибо тебе, Тим.

— Не за что меня благодарить.

Это тебе так кажется. Ты даже не представляешь, что для меня сделал.

— Куда мы едем?

— Для начала в больницу. Нужно показать тебя опытному врачу, а потом если он отпустит, мы поедем ко мне домой.

— К тебе?

Я прикусила губу, испытывая легкое волнение.