Книга Сводные. Расплата за ошибки, страница 52 – Хельга Дюран

Я встал с кровати и решительно направился в её спальню. Зря я вчера её выгнал. Спала бы она у меня, переться бы никуда не пришлось, достаточно было бы повернуться, чтобы уткнуться в её сладкую киску членом. Сладкая, я точно знаю.

У меня слюни потекли, как у бульдога, стоило мне вспомнить вкус Васиной смазки. С какими глазами я сейчас появлюсь у неё? Что скажу? Я старался не думать об этом, просто завалился к ней в койку, как тут и был.

Вася так крепко спала, что не почувствовала моего появления. Я смотрел на неё спящую, чувствуя, как меня топит нежностью и счастьем. Вот бы каждое утро видеть её рядом, вот был бы кайф!

Стоило мне прилечь рядом и обнять Васю, как меня окутал её сладкий, головокружительный запах. Я нюхал её кучерявые волосы и думал о том, что никого, кроме меня она к себе не подпускала, что она пока только моя, и меня вштырило от этого факта похлеще, чем от порнухи.

Хочу её снова. Много. Долго. До изнеможения.

Моя девочка. Моя.

Я забыл, зачем пришёл. Влечение к Василине было сильнее меня. Я умру, если снова не испытаю её сладость и неопытность, если не войду в её влажную, тесную щёлочку.

Пошло всё к чёрту!

Она мне должна ещё два дня и две ночи. Может, и утро ещё потом зацепим? Как пойдёт.

Я включил режим «мудак» и принялся бессовестно лапать девчонку, как будто так и надо, как будто она мне разрешила всё на свете.

Не зря я её разбудил. Малышка быстро учится и круто кончает. Мне нереально понравился её стеснительный отсос. Отвал башки!

Если бы не её истерзанное мною влагалище, я бы сейчас долбил её, поставив раком. Я нежился, держа Василину в объятиях, чувствуя, что член истерично просится в неё. Совесть пришла так не вовремя, сука, поэтому ещё один минет я постеснялся попросить. Пардон, потребовать!

— Дима, я не знаю, что тебе ответить, — тихо ответила Василина. — Я вообще не знаю, что думать, что делать.

Её голос дрогнул, и моё сердце тоже. Если она сейчас снова разревётся, я с ума сойду. Я не хотел, чтобы она плакала. Не хотел.

— Ну, тебе понравилось со мной? Хорошо же? — повторил я вопрос в ответе на который я был более или менее уверен.

— Да, — выдохнула Вася, и я с облегчением выдохнул. Хорошо, что она лежит ко мне спиной и не видит моей самодовольной улыбки. — Мне очень хорошо с тобой. Стыдно только…

— Это от неопытности, Васёна. Я тебя всему научу, и ты перестанешь краснеть. Времени полно. Главное, доверься мне, малыш.

— Мне не из-за этого стыдно. Я боюсь, что родители узнают, что ты и я… Что мы…

Чёрт! Она думает, я не боюсь? Они конечно, нас не убьют, но и по головке не погладят. Если это всё, что волнует Василину, я должен как-то успокоить её, чтобы получить беспрепятственный, безлимитный пропуск к её телу.

— Если правда всплывёт, я обещаю, что сам объяснюсь с предками, как мужчина! — пафосно заявил я. — Договорились?

Васю обрадовал такой расклад. Она повернулась и заглянула мне в глаза.

— Правда? Ты правда сделаешь это? — в её голосе было столько радостной надежды, что я уже не мог дать взад пятки.

— Конечно, Васёна, — вложив в свои слова максимум уверенности, сказал я. — Как мужчина я должен взять ответственность за наши с тобой отношения!

Надеюсь, родители никогда не узнают о проделках своих детишек, потому что я в душе не ведал, как от такого можно отбрехаться. Нет, я, конечно, знал. Если бы я собирался жениться на Василине — была бы совсем другая песня, но я не собирался жениться в принципе, поэтому очко неприятно сжималось от мысли, что наш грешок всплывёт на семейное обозрение. Нахрена мне жена, если меня ждёт Америка и славные победы?