Онлайн книга «Бывшие. Ты всё ещё моя»
|
Кажется, прилечь было плохой идеей, я как будто ещё пьянее становлюсь. У Михаила трёхдневная щетина на лице. Не спрашивайте, откуда я знаю, что именно трёхдневная. Просто знаю. Я раньше часто водила пальчиками по его щетине. И именно на третий день она приятно колется и одновременно щекочет. Кончики пальцев покалывает от самих воспоминаний. Вдруг так хочется протянуть руку и провести пальцами... Узнать, не ошибаюсь ли я. Точно ли определила срок... "Плохая идея. Ужасная. Не смей" — внутренний голос на меня шикает, а я упрямо его не слышу. Продолжаю в глаза Медведя смотреть. Он как будто гипнотизирует. Руку протягиваю, по щеке его глажу, а пальчики приятно покалывает и щекочет, от всего этого внизу живота неожиданно тянуть начинает. — Тебя всегда бесило, когда я так делала. — Произношу хрипло. — Идиотом был. — Хрипит в ответ. Моё дыхание сбивается. Сердце колотится, как ненормальное начинает. Потому что то, что я сейчас сделать хочу, вообще ни в какие ворота не вписывается. "Нельзя, Соня. Не твори глупости" Веду пальчиками дальше, задеваю его губы. Глажу кончиками. А он смотрит. Глаз не сводит. Как будто уже во всю меня к себе прижимает, жадно целует, руками изучает. А на деле... Даже не шевелится. Как будто спугнуть меня боится. Мне сейчас всё интересно. Сколько у него женщин было за это время? Он всё так же целуется? Он страдал без меня? Ему было плохо? Точно так же, как и мне? Сама вперёд подаюсь, снова пальцами провожу. Его запах вдыхаю и как будто с ума ещё сильнее схожу. Мысли полностью перемешиваются. Думать сейчас совершенно не получается. Я просто проверить хочу. Узнать... Так же он целуется или нет... А ещё… Ещё узнать хочу, что со мной в эту секунду произойдёт. Потому что всё, что, по моему мнению я похоронила, назад вернулось. Все чёртовы эмоции. Весь этот безумный взрыв адреналина. И я так давно не целовалась... По-настоящему. Чтобы аж до мурашек проняло. У меня не было мужчин всё это время. Никого не подпускала. Не была готова. А ещё... я как будто знала, что лучше, чем с ним, не будет. Он задрал изначально планку. А я боялась... Господи, какая идиотка. Я только проверю, и всё... Сама губами его губ касаюсь. Несмело провожу по ним языком. Михаил держится. Несколько секунд. А после, издав громкий рык, прижимает меня к себе. Жадно впивается. Языки сплетает. Его пальцы мои волосы у корней сжимают. Меня в жар моментально бросает. Жаров всю инициативу на себя перебирает. А я... Я не против. Позволяю. Несмело отвечаю. Руками по его плечам скольжу. Внутри меня самые настоящие салюты взрываются. Голову так кружит, что, когда наш поцелуй разрывается, у меня перед глазами всё плывёт. — Моя девочка, — хрипит, снова по волосам меня гладит, а у меня на глаза слёзы наворачиваются. — Как ты мог, Жаров... — Всхлипываю, у меня избыток эмоций, глаза слипаются. Я то плакать, то спать хочу, то снова целоваться... — Что? — Как ты мог ей позволить это с нами сделать. Я ведь тебя... А ты... Как ты мог... — Язык заплетается, голова ужасно тяжёлой становится. — Сонь... — Гад ты, Жаров... Почему ей поверил, я ведь никогда, я... Веки ужасно тяжёлыми становятся, поднять их нет никаких сил. А в его объятиях так тепло и удобно... * * * Жаров * * * — Гад ты, Жаров, — Соня шепчет, губы выпячивает. После кривит носик. А у меня внутри всё огнём опаляет. Она выпила лишнего. Говорит то, что совсем не планировала. Шепчет. Хмурится. Облизывает влажные после поцелуя губы. А я не могу от неё оторваться. Был ли я слеп пять лет назад? Однозначно. Не понимал, что теряю? Сто процентов. Лучик солнца в моей жизни. Проебал любимую женщину. Сына. Семью, которую бы мог иметь уже столько времени. И вот сейчас... Не знаю, с какой стороны к ней подойти. |