Онлайн книга «Беда майора Волкова»
|
За неимением открывашки я повторила подвиг девочки Куки из одноименного фильма и заколола банку парочкой ударов ножом, и теперь тяну эту сумасшедшую сладость, прихлебывая суррогат и закусывая каменным хлебцем. И медитирую, глядя на сад. В деревне у Ба он был похож на прилежного ученика — стволики яблонь и вишен заботливо побелены, прикорневые круги выполоты и засажены бархатцами. Лишние ветки, загущающие крону, спилены соседом за бутылку самогона, а кусты смородины и крыжовника усмирены сколоченными рамочками оградок. У Ба всё такое — чистенькое, красивенькое и по линеечке. И даже вредная коза Майка никогда не покушалась на бабушкин сад, предпочитая безобразничать на соседском огороде. Здесь же обстановка больше походила на дикий лес. Деревья с растрескавшейся корой и разлапистыми ветвями опутал своими колючими побегами хмель, забрался на самую верхушку, горделиво свесив вниз свои зеленые шишки. Давно не знавшая секатора крона давала густую тень, в которой грозно качалась на ветру высокая крапива, будто говоря: «Дальше хода нет!» А за этим жгучим барьером, увив плетьми старый, покосившийся забор, маняще алела созревшими ягодами малина… Я ее с детства обожаю. Ба всегда мне набирала целую чашку, чтобы потом с холодненьким молоком и сахаром перетереть это в самое вкусное лакомство на свете. Сглотнув слюну точь-в-точь как Сет, я оглядела веранду в поисках секатора или на худой конец перчаток. Искомое легко нашлось здесь же. Натянув до самых локтей краги, я решительно шагнула в заросли крапивы… Мой бой с Уртикой* прошел в ожесточенном молчании, будто я героиня сказки о братьях-лебедях (латинское название Крапивы двудомной — Urtica dioica — прим. автора). Но наградой мне стал не заморский принц и спасение с эшафота, а горсть спелых крупных ягод. Первая малинка растеклась по нёбу прохладной сладостью, подарив давно забытое чувство ностальгии. Прикрыв глаза от удовольствия, я наслаждалась вкусом, лишь изредка почесывая зудящие от крапивных укусов колени. Сету тоже перепала пара ягодок. И теперь он верным пажом сидел рядом и лупил хвостом, ожидая еще одной порции сладенького. — Твой хозяин не будет рад, если ты вдруг станешь сладкоежкой, — отряхнув ладони, доверительно говорю псу. — Да и за усвиняченную футболку меня тоже по голове не погладит… На светлом хлопке растеклись ярко-зеленые и розовые пятна. В тот момент, когда я поставила ногу на первую ступень крыльца, у меня тренькнул очередным «пушем» телефон и открылась калитка. Ура, еда! Обернувшись, я застыла с приклеенной улыбкой на лице, потому что девица, зашедшая во двор, вряд ли несла в своей крошечной сумочке мой завтрак. Если бы можно было представить Белоснежку в современной интерпретации, то эта хрупкая темноволосая лань очень на нее походила. Светлокожая, с румянцем на щеках, тонкими пальчиками, сжимавшими слишком сильно ремешок брендовой сумочки… Портило только одно — стервозное выражение лица, которое больше пристало королеве-мачехе, промышлявшей шпионажем через зеркала и спекулирующей отравленными яблоками. Сет, завидев гостью, встал в стойку и глухо заворчал. Машинально положила ладонь ему на голову, погладила успокаивающе, как если бы это был мой подопечный из приюта, почуявший чужака на прогулке. |