Книга Беда майора Волкова, страница 30 – Ника Оболенская

Телефоны по итогу мне достал на другой день знакомый парень с водолазной снарягой. А вот отдать «утопленника» я так до сих пор и не смог…

Мертвая трубка валяется в ящике стола. Надо бы разобраться с этим делом, связаться с кураторшой, уточнить списки той, другой, группы. В общем, самое время раздать долги.

Закончив с планами в голове, накидываю на шею цепочку с жетонами.

— Так и носишь их? — подмечает Мартын.

— Так и ношу, — отвечаю резче, чем хотелось бы. Но адреналиновый бензин еще бурлит в крови, и достаточно одной искры, чтобы я забыл про все правила хорошего боя и не кинулся на любопытного не в меру Стасяна.

— А пес его всё у тебя кантуется?

— А куда я его дену? — отвечаю вопросом на вопрос, заводясь. — Может, мне его усыпить надо было, как многие советовали?!

— Всё, остынь, брат! — поняв прокол, Матынов быстро переводит тему на более спокойную: — Хохму-то свою видел?

Непонимающе смотрю на него, и, чертыхнувшись, Стас лезет в сумку за мобильником.

— Вот, смотри, — тычет в лицо экраном с включенным роликом — Твоя зазноба?

Там съемка с наружной камеры дома — отличный зум, кстати — во всей красе показывает, как Яна, забравшись на ярко-желтый кабриолет, прыгает на капоте, оставляя вмятины. Рядом бесятся ее товарки. Через минуту видео прерывается на моменте приезда патруля.

— Ушатала тачку в хлам! Бешеная баба, — восторженно присвистывает Мартынов. — Даже привод не впаяли, папашка ее всё там порешал наверняка.

— А кто у нее батя?

Стас смотрит на меня снисходительно.

— Брат, тебя и в гугле, что ли, тоже забанили? Горячев — светило нейрохирургии. Там, в верхах, молиться на его руки готовы. Инсульт кого в кабинете ёбнет — сразу к нему в больничку. С того света вытаскивает…

— Понятно, в кого дочурка пошла такая мозгоклюйка. У них, оказывается, это семейное.

Да, Андрюша, удружила тебе звезда твоя.

Дядька бывший фейс, папка

мозгоё

… мозгоправ. Вот бы к последнему Еблону на перепрошивку отправить…

— Планы какие у тебя сегодня? — вырывает из мыслей голос Стасяна.

— Да никаких, блять.

Придушил бы одну заразу, да запретили к ней даже приближаться. Ну и по чесноку, не хочется после ее детсадовских выпадов идти в контрнаступление.

Я мужик простой: дают — беру, гонят — ухожу. Но уже не в том возрасте, чтобы за каждой соплячкой бегать и выяснять, чего ей там в голову надуло.

Воспитывать — это к мамкам с папками. А мое — наказывать.

— Тогда у меня для тебя есть предложение, от которого лучше не отказываться.

Яна

— За нас, красивых, девочки-и-и-и! — Геля тянется через весь стол, расплескивая содержимое стопки.

Девчонки хохочут и визжат, уворачиваясь от брызг, но послушно подставляют свои шоты с текилой. Градус веселья — и массовой истерии — за столом повышается с каждым выпитым тостом за счастье невесты.

Сама невеста в съехавшей набекрень розовой фате, пьяно улыбается, в очередной раз признаваясь в любви к своему «золотому-обожаемому-самому-лучшему-котику-на-свете» и заверяя, как она счастлива наконец-то выйти замуж.

Насколько я в курсе, мальчишник проходит в закрытом клубе для мужчин — с блэк джеком, шлюхами и тонной выпивки. Надеюсь, у золотого котика хватит ума не повторять ошибок некоторых уродов.

— Яна, хватит грустить! Я заказывала веселых «мальчиков» для эскорта, а ты своим постным видом портишь всем настроение. — Едва ворочая языком, Ангелина шутливо грозит мне пальцем.