Книга Отец подруги. Наш секрет, страница 57 – Адалин Черно, Вероника Касс

— Довольно неплохо, — произносит Дамир, опускает сумку на пол и… начинает разуваться.

Аксинья тоже разувается, но только на ходу. Она сразу же побежала изучать квартиру. Я выдыхаю и… тоже разуваюсь. Ну а что еще делать! Придется терпеть Дамира тут и готовить для него запеканку. Слава богу, это не дольше часа и…

Чтобы расстегнуть замочек на босоножках я наклоняюсь, а в моменте когда поднимаюсь, неожиданно натыкаюсь взглядом на лицо Дамира. Он рядом. Слишком. И… мне кажется или он приближается еще?

Наши губу в каких-то миллиметрах друг от друга. Мой взгляд мечется от мужских губ к глазам, и его взгляд так же. Вниз-вверх. Вниз-вверх. Пока все же не задерживается на моих губах немного дольше. Я сглатываю, а затем облизываю губы, совершенно нарочно, желая кое-что проверить и тут же теряю связь с реальностью, потому что губы Дамира накрывают мои.

Я отвечаю на поцелуй не раздумывая ни мгновения, да и если бы начала раздумывать, то все равно бы не смогла. Последняя здравая мысль была о том, чтобы проверить реакцию Дамира. И то ли мое движение языком сработало, то ли только ускорило приближающуюся бурю.

Дамир обхватывает мой затылок, крепко сдавливает его пятерней, мгновение и спиной я ударяюсь о стену. Голову мою от удара спасает мужская ладонь, он сделал это намеренно. Я понимаю это и начинаю целовать его еще сильнее. Если такое вообще возможно.

Можно ли измерять поцелуи в их силе? Можно ли вообще измерять поцелуи?

У меня в этом деле практически нет никакого опыта, но я отчего-то уверена, что так как с Дамиром не будет ни с кем другим.

Это жуткое нестерпимое желание его касаться… я словно в лихорадке. И меня бьет в ознобе. Внутри все дрожит, и пальцы тоже дрожат, а когда я обхватываю ими мужские плечи, то по ним словно ток бежит. Заряд тепла. Заряд чего-то жизненно важного. Я не понимаю. Не понимаю, как это работает, но я целую губы мужчины, встречаю его язык у себя во рту и стону от удовольствия. В какой-то момент я чувствую его пальцы на своей шее. Он убрал руку от затылка и медленно ведет от уха в зону декольте, в ложбинку. Я дышу чаще. Дамир задевает сосок, и я вздрагиваю. Теперь уже стонет Дамир. Еле слышно. В мои губы. Я бы решила, что мне показалось, но он накрывает грудь рукой, крепко, почти до боли ее сжимает и стонет вновь.

Господи, это все какой-то сон. Какая-то ненормальная первобытная потребность, которой я не могу противиться.

Да и не хочу!

А если бы захотела все равно бы не смогла. Вот такой вот замкнутый круг.

Вторая рука Дамира оглаживает мою талию, бедро, движется по внутренней стороне, а затем накрывает промежность. Я в джинсах, но все равно ощущаю жар его ладони. Дамир давит пальцами, и я начинаю ерзать, а затем и вовсе тереться о его ладонь.

Наверное, со стороны это выглядит ужасно. Пошло. Развратно. Бессовестно, но какая разница, когда мне так хорошо.

Стоп…

Со стороны?

Вспышкой в голове проносится образ сестры. Если она только увидит…

Я замираю, отдираю собственные непослушные пальцы от плеч Дамира, упираюсь ладонями в твердую мужскую грудь, но он как скала. Каменная глыба, которая не двигается ни на миллиметр. Только крепче сжимает мою грудь и даже что-то непонятное рычит в мой рот, не разрывая поцелуя.

И тут как спасительная соломинка — в дверь звонят. Секунда, и с моей промежности пропадает рука. Еще секунда, и моя грудь тоже становится покинутой. Поцелуй тоже прекращается, но Дамир не отстраняется. Он гулко дышит прямо мне в рот.