Книга Отец подруги. Наш секрет, страница 101 – Адалин Черно, Вероника Касс

У меня даже злости на него уже нет, просто громадная немая какая-то обида. Разочарование и разъедающая душу обида. За то, что он так несправедливо со мной.

Когда я злилась было проще. Был выход эмоциям, а сейчас…

Я не успеваю додумать, как у меня начинает вибрировать телефон. Рома. Я поджимаю губы, потому что мне совсем не хочется с ним разговаривать, но все-таки беру трубку.

— Какая же ты дрянь неблагодарная, — сходу слышится в динамике, что я аж останавливаюсь на месте, как вкопанная. Это он вообще о чем? — Я тебе помог с работой. С обучением. Давал тебе лучшие заказы, а ты что? Подставить меня решила? Перед Дамиром Давидовичем в таком свете меня выставить?

— Рома… — ахаю я, не зная даже, что ему ответить.

— Они перерыли все. Таисия. Ресторан. Мой офис. Мои три квартиры. И все мои объекты, которыми я занимаюсь на данный момент. Все, Таисия. Это такой позор перед остальными заказчиками.

— Рома.

— Ты еще пожалеешь о том, что посмела хоть как-то упомянуть мое имя. И да, ты конечно же больше на меня не работаешь. Да и вообще. Как графический дизайнер ты с этого дня труп, Таисия. Поверь мне, я этим вопросом озабочусь.

Рома скидывает вызов, а я пялюсь какое-то время на экран, словно до меня его слова доходят как в замедленной съемке, не сразу, а как-то постепенно. Но когда я понимаю… становится страшно. Я только уверилась в завтрашнем дне. Я только перестала бояться за будущее: свое и Аксиньи. Поверила в себя, как бы это нагло не звучало, но было именно так. А если… если все угрозы Ромы окажутся правдой, то что же мне снова придется идти работать официанткой?

В институте мне осталось учиться еще год. Но беременность и ребенок…

Я жмурюсь. Перед глазами стоит Дамир. Улыбающийся. С огромным букетом на пороге моей комнаты. Цветы, кстати, так и лежат в ванной. Как он их туда поставил. Так и лежат. Словно утопленные. И я сейчас такой же себя ощущаю. Какой-то утопленницей.

Я впитываю в себя образ любимого мужчины в мельчайших деталях. Тоненький шрам на щеке, легкую щетину, темные почти черные глаза, которые смотрят всегда с прищуром и в которых обитает миллион чертей. Я мысленно его обнимаю, прижимаюсь щекой к твердой теплой груди. Мне на какое-то мгновение даже кажется, что я запах его чувствую, настолько явно он стоит перед моими глазами.

А потом я с ним прощаюсь. Мысленно, да… Но в этот момент я выбираю себя. Себя, сестру и нерожденного ребенка.

Открываю глаза и набираю брата, пока говорю с ним, рассказывая все-все-все в мельчайших подробностях, дохожу до ближайшего сквера.

— Значит так, — подытоживает он, — законно оформить загранники тебе и Ксю мы не успеваем, это целый месяц. Экстренно его делают только если тяжелый родственник заграницей или тебе нужно лечение. Можно сделать справки, что тебе нужно срочное лечение заграницей и… Хотя тогда же Ксю, — брат словно вслух размышляет, даже не спрашивая моего мнения, — Таисия прости, но это самый адекватный вариант. Мы придумаем Аксинье сейчас какое-нибудь заболевание. У меня есть знакомые. В Португалии тоже, они оформят вызов, здесь эту болезть подтвердим и будут у вас загранники за три дня. А потом драпать. Сразу же.

— За три дня? — ахаю я, оказавшись не готова к такому повороту. — У мення же сессия на следующей неделе.