Книга Сын босса. Хочу только тебя, страница 62 – Филиппа Фелье

За дверью послышались тихие шаги. Кто-то прислонился к двери, заглядывая в глазок. Замок щёлкнул, зазвенела цепочка и дверь открылась. На пороге стояла Алла. Она была с головы до ног одета в какое-то голубое безобразие, в котором походила на плюшевого мишку. Что за…

— Дар? Чего так поздно?

— Ты пригласила. Забыла?

— Что ты несешь! – зашипела она, затравлено озираясь по сторонам, всматриваясь и даже вслушиваясь в тишину коридора и резко, за рукав куртки втащила меня внутрь своего обиталища. – Не смей произносить подобное вслух!

— А то что? – Не знаю, какого хрена я вообще решил поддразнить её, девчонка явно была напугана, поэтому я тут же поднял руки, будто сдаюсь. – Ладно. Понял. Что на тебе за херня надета? – Всё же не выдержал я. Это голубое недоразумение имело капюшон и висело на ней как будто она выпотрошила мягкую игрушку и нацепила на себя её шкурку. Забавно и так по-детски. Совсем не вязалось с образом, сложившимся в голове. В начале года Алла ведь была очень горячей. А вот это… совсем не в её стиле. Хотя, что я знал о ней?

— Сам ты херня, а кигуруми. В нём тепло. – Она посмотрела на меня, как на придурка, не знающего прописных истин. Кигуруми. Дурацкое название. – Ты нафига припёрся в такое время?

— За документами. Ты обещала.

— Завтра в универ принесу.

— Завтра меня там не будет.

— Стой тут. – Она закатила глаза и тяжело вздохнула. – Сейчас.

Тоцкая скрылась в комнате, прикрыв за собой дверь. А я оглядывался по сторонам. Чисто. Опрятно. Может быть даже уютно, но слишком тесно. Крохотный коридор метр на полтора. Кухня, не более трёх с половиной квадратов. Комнатушка, полагаю, такая же маленькая. Здесь вообще можно жить? Конура у собаки и та больше. Что за конченные условия у наших студентов? А ведь универ считается престижным, мать его местом. М-да.

— Держи. – Алла действительно принесла целую пухленькую папку. – Ознакомишься дома. А теперь пока. – Невежливо попрощалась она, подталкивая меня к выходу.

Открыл, полистал… Лучше бы я послушал Тоцкую и сделал это дома. Сжал зубы так сильно, что челюсти хрустнули. Вот ублюдок! Сколько девчонок он изнасиловал? Здесь информации даже не о десятке, а больше. Некоторых он еще и на видео снимал, чтобы шантажировать…

Пришлось прикрыть глаза и сделать глубокий вдох, чтобы успокоиться. Это могло ждать Ташу. Я вовремя оказался рядом, но если бы нет, то… Я бы его убил. Выродок не заслуживал права, чтобы дышать. Папка затрещала в сжатых до побелевших костяшек пальцах. Мало я ему втащил тогда.

— Вали давай! – Тоцкая указала мне на дверь, недовольно сопя. В этом своём голубом недоразумении она совершенно не выглядела пугающей, скорее забавной. – И, Дар… – бросила она, когда я уже вышел в коридор.

Я обернулся и вопросительно приподнял одну бровь. Не хотелось рычать на ни в чем неповинную и без того напуганную девушку, потому рта я больше не открывал.

— Буду ждать хороших новостей.

Новостей она будет ждать. Хороших. По мне, единственной хорошей новостью была бы смерть придурка, но она имела в виду совершенно иное. Я кивнул, прощаясь, и пошёл к лифту.

Консьержка задремала. Теперь тут мог прошмыгнуть кто угодно. Никакой безопасности. Проходя, мимо специально топал громче, чем следовало. Старушка встрепенулась, посмотрела на меня чуть затуманенным взглядом и уставилась в работающий телевизор, клюя носом.