Книга Сын босса. Хочу только тебя, страница 49 – Филиппа Фелье

Вот же гондон!

Меня распирало навалять ему. Превратить мерзкую рожу в кровавое месиво за то, что он сделал. Но я… замер. Скрипя зубами. До боли сжимая кулаки.

Вокруг нас собралась толпа. Все галдели, доставали телефоны и начинали снимать. Конечно. Весело им блядь! Уёбки!

Я сплюнул и попал прямо на кроссовок урода Шайхулина.Что ж. Поделом.

— Если я узнаю, что это правда, – угрожающе рыкнул я. Довольно тихо, меня слышал только он. Хотя мне хотелось орать и убивать в тот момент. – Тебе пиздец.

— Да что не так-то? Считай, что я тебе помог. Она ведь на всё согласная была, дала бы даже десятерым сразу…

Лучше бы он молчал. Заткнулся. Не открывал свой поганый рот.

Мудак блядь!

Зависший в воздухе кулак, удерживаемый одной силой воли, сорвался. Первый удар пришелся ему в скулу. Второй в солнечное сплетение, от чего уёбок сложился пополам и чуть не блеванул. Тогда я добавил коленом, разбив придурку нос. Кажется, сломал. Кровь полилась прямо на новые блядь джинсы. Костяшки пальцев начало саднить, но мне было насрать на всё. Он пытался отбиваться, даже один раз попал мне по лицу, разбив губу, кажется. Похуй. Я бил и бил, не чувствуя ни боли, ни усталости. Не мог остановиться, даже когда Шайхулин упал. Продолжал наносить удары, теперь уже ногами. Он свернулся в позу эмбриона, прикрываясь, а мне безумно хотелось уничтожить то место, которым он думал, когда подливал Наташе своё дерьмо в выпивку. Я целенаправленно превращал его в фарш.

Я не помнил, как и кто меня оттащил. Кажется, это были несколько ребят. Вроде бы трое или четверо, потому что двое не справились. Не помнил, как привели к декану. Как тот отчитывал сначала нас обоих, а потом меня. Он собирался вызвать мать и это было очень херово. Шайхулина отправили на скорой.

Похер. Полежит в больничке, может быть, научиться думать верхней головой. Мудила.

С деканом удалось договориться далеко не сразу. Но, поскольку мать вложила в это учебное заведение нехилые средства, декан меня всё же отпустил. Правда через час или больше.

Уже в коридоре, немного расслабившись, я почувствовал боль от разбитой губы и сбитых костяшек. Написал сообщение Вендельскому, и направился к главному входу.

— Дар, подожди.

Меня окликнула невзрачная серая моль. Хотя… раньше она такой не была. Помню ее первый день в универе – яркие рыжие волосы, черные стрелки на глазах, платье в облипку. А теперь? Будто в мешке из-под картошки ходит, все свободное, висящее как на вешалке, макияжа ноль, цвет волос сменила на какой-то серый. Что с ней произошло? Хотя что это я… мне же похуй.

— Чего тебе, Тоцкая? – спросил, не замедляя шаг. Впереди уже маячили ступени к заветной двери из университета.

— У меня есть кое-что на Шайхулина. – Сказала она, и я замедлился, а потом остановился и посмотрел на Аллу. – Не знаю, что вы не поделили или кого. – Затараторила она. – Это не мое дело. Но если ты надумаешь его закрыть, то я помогу.

— Себе помоги, – хмыкнул, оглядывая ее с головы до ног. Одета в дешевку. Чем она планирует мне помогать? Точно не деньгами. Телом что ли? Она, конечно, ничего… была. Но нафиг надо. А с Шайхулиным я сам разберусь. Без всяких помощниц.

— Ты… – она сжимает челюсти, щеки краснеют, гневный взгляд сверкает адским пламенем. А девочка-то с клыками! Было бы интересно, если бы не было настолько похуй.