Книга Отец моего парня - мой босс, страница 90 – Любовь Попова

— Он твой отец. Он любит тебя, следит за твоими успехами. Он ни в чем перед тобой не виноват.

— Точно? У беременных плохо с памятью?

— Вини меня, но он тут не причем. Это я тебя предала, обманула.

— Как у тебя все легко. Ну хорошо, допустим я приду, тогда я не хочу видеть там тебя.

Я поджимаю губы. Такого условия я не ждала.

— Ну если это поможет. Только точно?

— Серьезно? Так легко соглашаешься?

— А какой у меня выбор. Ты его сын, он любит тебя.

— Да с чего ты взяла, что он хочет меня видеть? У него новая жизнь, жена, а скоро будет и новый ребенок.

— Дочка.

— Мне должно стать легче? Маш, ты как была идеалисткой, такой и осталась. А вроде бизнесвумен…

— Гош, — не даю ему уйти, обхватываю руку. — Ты не можешь злиться на него вечно. Ты тоже по нему скучаешь, я знаю это, чувствую. И если ради вашего воссоединения я должна остаться дома, я останусь. Мне все равно бухать нельзя.

— Хех, — усмехается он. — Все такая же пьянчужка?

— Рассказать, как я с подружками уехала пьяной в Сыктывкар, а потом ждала твоего отца на вокзале?

Гоша заливается смехом. Вот только мужу тогда было не очень смешно. Да и мне потом, когда ночью он меня наказывал и запретил любые гулянки на целый месяц.

— И как ты на ребенка решилась? Ты же против всегда была. Помнишь, как мы сидели и говорили, что не раньше тридцати.

— Я так и думала, что не раньше тридцати. А потом у коллеги Гоши появился ребенок и он с ним стал возиться как со своим. Даже к нам привез на несколько дней. Так бесил, ты бы знал.

— И как это повлияло на желание иметь своего ребенка?

— Ну скажем так, если уж слышать нытье, то своей дочки, чем чужой.

Гоша хмыкает, встает, уже поворачивается спиной. А потом все — таки говорит.

— Я не смогу, Маш. В эту субботу заказан здесь день рождение, я должен быть тут. Какая — то крупная шишка.

— Ну я тебя поздравляю.

— Да.

— Ладно. Все равно, ты позвони ему, он будет очень рад.

— Ладно, как-нибудь. Пока, коровка.

— И тебе, дрыщ не хворать.

Он улыбается, а я довольная собой забираю со столика сумку и иду из кафе. Ну что можно сказать, он еще злиться, но уже давно смирился и давно готов вернуться в лоно семьи. Осталось сделать последний шаг.

* * *

Утро субботы выдается довольно бурным. Гоша ворчит, что ему не нужен никакой юбилей и что лучше бы мы просто отправились в наш загородный дом. Но я не умею отступать, так что в четыре мы при полном параде возле заказанного заранее кафе. Того самого, где теперь хозяйничает Георгий младший.

Внутри уже полной гостей и все встречают нас бурными аплодисментами, словно мы снова вернулись в день нашей свадьбы. Туда я не рискнула звать Георгия, хотя приглашение отправила. Вон кстати и он, чернее тучи, готовый, кажется, меня задушить. Примерно таким же взглядом на меня смотрит сейчас муж.

— Сюприииииз….

— Маш, я скоро от твоих сюрпризов поседею.

— А скоро еще одна такая родится. Так что терпи и иди уже к сыну, а то у него скоро пар из ушей пойдет.

— Пятьдесят! Пятьдесят один! — скандировала толпа гостей, пока мужчины в ряд отжимались. Ведущий орал громче всех. Тот, кто останется последним получит бутылку коньяка от заведения. Так что сам Гоша младший тоже участвует. Не хочется ему отдавать пятнадцатилетний коньяк. Наверное, поэтому он сквозь боль и льющийся на пол пот, все — таки делает всех «стариков». Мы бурно ему аплодируем, а ведущий вручает ему коньяк, который он поднимает над головой и устало улыбается.