Книга Отец моего парня - мой босс, страница 85 – Любовь Попова

— Точно? Это же его день рождение. А мы кто?

— А вы крутые спецы, которых он будет очень рад видеть.

— Это аргумент, нечего сказать.

Еще немного поржав мы принимаемся за работу. Всего пару раз я посмотрела в телефон, но он молчал точно так же, как молчал Гоша, неизвестно где потерявшийся. К вечеру я накрутила себя настолько, что была готова написать заявление по-собственному. Или заблокировать его номер телефон. Придумала себе, как буду расставаться с Гошей, как буду пихать вещи в чемодан, как это делают в музыкальных клипах. И плакать, обязательно плакать на разрыв.

Но все мои планы обрываются, когда рядом с моей машиной на поребрике сидит Гоша собственной персоной и пьет водку. Прямо из горла.

Я осторожно подхожу, трогаю его короткие волосы, провожу по ним пальцами.

— Гош… Все хорошо?

— День просто тяжелый. Как собственно и ночь. Ты как день провела?

— В работе. Придумали новый загородный комплекс в виде креста.

— Было много шуток про тюрьму?

— Типа того, — сажусь я рядом, опускаю голову ему на плечо.

Гоша не планировал меня бросать, он просто был занят. Папа иногда в командировках целыми днями маме не звонил, но она никогда не переживала. Знала, что он вернется, знала, что придет домой.

— Гошку вытащили?

— Да, пришлось занести.

— А что случилось?

— Группа реагирования уехали, а эти продолжали тусить, орать, кидаться с балкона бутылками. Вызвали ментов, он начал с ними драться. В общем, мог влететь по полной.

— Мой отец…

— Маш… Давай на месте договоримся. Свои проблемы я решаю сам. И твои тоже.

— Ладно, — пожимаю плечами, обнимаю плечо Гоши, целую его в плечо. Зря волновалась.

— Поехали домой.

— Я маме обещала приехать. Она драники нажарила.

— Не хотелось бы…

— Драники, Гош… — тяну я. — Хрустящие, сочные, со сметанкой с укропчиком. А ты ел сегодня?

— Это запрещенный прием, Маш…

— А я мастер запрещенных приемов… Поехали. По дороге поспишь.

— Поехали, куда я теперь денусь.

— Потанцуем? — Глеб Зотов собственной персоной. На нем сегодня даже не спортивный костюм, а целая рубашка. И в ней надо признать, он выглядит почти нормальным. Не лучше моего Гоши конечно, но тоже неплохо.

— Да, тут почти детский праздник. Хочешь, чтобы танцевали под Машу и медведя?

— Мда… Я вообще думал, будет взрослое мужское мероприятие, — оглядывается он.

— Ну правильно, — слежу за его взглядом, нарезая торт. — Взрослое и мужское.

Мама устроила папе настоящий детский день рождение, которых у него в детстве не было. С аниматором и шариками, с батутом и квестом. Смеялись и веселились все. Теперь компании разошлись на мужскую и женскую, а вот Глебка остался не удел.

— Ну да, ну да. Я этого в детстве наелся. Скука смертная.

— Ну кому скука, а кому веселье. Вот ты мне уже наскучил, — иду относить торты мужчинам. — Помоги лучше, раз руки свободны.

— Это потому что в них еще нет твоей упругой жопы.

— Ты по громче, а то мой жених не слышит.

— Это тот хлыщ с тупым именем? Так ты его бросишь скоро, а я, ты знаешь, всегда готов.

— Знаю. Ты готов трахать все и всегда. Мне это не подходит.

— Верность миф.

— Ну конечно. В твоей вселенной естественно. Мальчики, кому торт?

Мужчины из круга друзей отца поднимают руку. Где — то здесь мог быть дядя Слава, но с ним разорвали все отношения и больше он не вхож в наш дом.