Книга Тихая любовь, страница 67 – Ава Мичич

— Послушай, — Макс обратился к Артёму тоном, в котором слышалась странная смесь жалости и презрения. — Я здесь не для того, чтобы драться. Я пришёл, чтобы поговорить с Анной. Она заслуживает большего, чем то, что ты ей предлагаешь.

Артём зло рассмеялся, обернувшись к Анне с каким-то почти сумасшедшим блеском в глазах.

— Ах, вот оно что… Значит, ты уже успел ей напеть свои сладкие песни? — Он повернулся обратно к Максу, и в его голосе зазвучала леденящая ирония. — Что, хочешь вернуть её? Дать ей ту «нормальную жизнь», о которой ты так любишь говорить?

Макс не дрогнул. Он лишь смотрел прямо в глаза Артёму, и этот взгляд был словно у старого друга, который уже не раз видел все его слабости и боли.

— Я хочу, чтобы она была счастлива, — мягко, но твёрдо ответил он. — И если ты не можешь ей это дать, то лучше уйди, пока не сделал всё ещё хуже.

Артём оскалился, как раненый зверь. Ещё секунда, и он мог бы снова наброситься на Макса, но Анна сжала его руку, всматриваясь в лицо, и тихо прошептала:

— Прошу, Артём… не делай этого. Ты не должен так себя вести… не должен снова терять себя.

Её слова, её голос — всё это медленно проникло сквозь броню ярости, застилавшую его сознание. Он замер, смотря на неё сверху вниз, чувствуя её дрожащие пальцы на своей коже. И в этот момент ему стало страшно. Страшно оттого, что она увидела его таким. Оттого, что он почти потерял контроль.

— Анна, — хрипло выдохнул он, взгляд его потускнел, теряя весь прежний накал. — Я… я не знаю, что со мной происходит. Всё рушится…

Она медленно отпустила его руку и шагнула назад. В её глазах плескалась боль — настоящая, не скрытая за словами и поступками. Она смотрела на него, как на тонущего, которого не в силах вытащить на поверхность.

— Я тоже не знаю, Артём, — прошептала она, голос её прерывался от нахлынувших эмоций. — Но я знаю одно: если ты так и будешь всё громить, то однажды я уйду. И не вернусь.

Тишина повисла в воздухе. Макс сделал движение, словно хотел что-то сказать, но Аня подняла руку, не позволяя ему вмешиваться. Она смотрела только на Артёма, который казался ей сейчас невыносимо далёким, будто стоял на другой стороне пропасти.

— Ты сам выбираешь — разрушить нас или попытаться сохранить, — её голос был почти шёпотом, но в нём не было слабости. — Я люблю тебя, Артём. Но если ты думаешь, что любовь — это когда ты наказываешь себя за каждую ошибку, за каждый свой промах, то ты ошибаешься. Я не смогу вынести, если ты уничтожишь себя… и меня вместе с этим.

Она повернулась к Максу, который стоял молча, не зная, что сказать. Но он понимал: в этом противостоянии нет победителей и проигравших. Есть лишь люди, заплутавшие в своих чувствах, теряющие друг друга, но цепляющиеся за ту слабую искорку надежды, что всё ещё теплится в их сердцах.

— Пожалуйста, уходи, — спокойно, но твёрдо сказала Анна, обращаясь к Максу. — Мне нужно поговорить с Артёмом.

Он кивнул, облизнул губы и, не бросив ни слова прощания, направился к выходу. За его спиной хлопнула дверь, оставляя их наедине. Артём тяжело опустился на диван, уставившись в одну точку, а Анна осталась стоять, глядя на него.

— Я не могу, — прошептал он, опустив голову. — Я не смогу сделать тебя счастливой, как бы ни старался.

Она подошла ближе, медленно присела рядом, не касаясь его, но достаточно близко, чтобы он почувствовал её присутствие.