Книга Измена. Я заставлю вас страдать, страница 1 – Кристи Майская

— Антонина Петровна, — я стояла за спиной главного кассира, — можно вас на минутку? — спросила я у женщины сорока семи лет. На её лице появилось недовольно-уставшее выражение. Окинув меня взглядом, она лишь махнула головой в сторону подсобки. Эта комната была её импровизированным кабинетом. Мы шли молча, под любопытные взгляды коллег.

— Ну, что там у тебя? — бросила она небрежно, садясь на угол стола. Я вытерла вспотевшие ладони об брюки.

— Мне нужны два выходных на эти выходные, — быстро и чётко сказала я. Она усмехнулась, но её губы дрогнули в подобие улыбки.

— Долго смелости набиралась? — спросила она, а я в этот момент сдалась. Дело в том, что я очень боялась её, как и весь персонал. Строгая женщина со стальным характером. Она никому не давала слабину.

— Долго, — наконец смогла промямлить я, — мне очень надо. У мужа будет новогодний корпоратив, как же он без меня пойдёт, там же все парами будут.

— Ну и пусть идёт, найдёт другую, а ты наконец избавишься от него. — у меня рот открылся от шока.

— Вы что такое говорите? — впервые я повысила на неё голос, — что значит, другую найдёт? У нас семья, мы любим друг друга. — Антонина Петровна подняла руку в знак молчания.

— Послушай меня очень внимательно. Не так, будто я вредная начальница или сварливая старая жаба, какой вы меня все тут считаете. Семья — это когда всё вместе, и горе, и радость. У тебя нет семьи.

— Вы ничего о нас не знаете, как вы можете судить! Кто вам дал на это право? — я злилась на неё и её слова. Что она вообще понимает?

— Никто мне ничего не давал, но я не слепая. Ты работаешь по две смены, берёшь дополнительные. Ты здесь работаешь три года и до сих пор ходишь в этом ужасном малиновом пуховике. Напомни, откуда он у тебя? — я поджала губы и опустила взгляд на пол. — Молчишь? А я помню, как твоя свекровь пришла сюда и вручила его тебе с торжественным видом. Они тот день купили новое пальто младшей сестре твоего мужа.

— Вы помните? — удивлённо спросила я, подняв голову. Она вздохнула.

— Конечно, я помню. У меня такая работа — всё помнить и знать. — отрезала она.

— Ну, она уже из него выросла, а мы же экономим… — начала я оправдываться. Мне стало стыдно, что посторонний человек знает о деталях моей семьи. Мне самой уже надоело выглядеть как подросток, но сейчас мы не могли ничего себе позволить. Мы копили на ипотеку, на первый взнос. Это я и сказала Антонине Петровне. На что она неожиданно рассмеялась.

— Это ты экономишь, а твой муж не экономит. Я видела его, когда он заходил к тебе на прошлой неделе. Там даже и не пахнет экономией.

— Он работает консультантом в большом строительном магазине. Ему следует выглядеть аккуратно.

— А ты — кассир! Ты тоже должна выглядеть как с иголочки. — она вдруг схватила меня за руку и потянула к себе. — Посмотри! Где маникюр? А кожа? Такое чувство, что трогаешь наждачную бумагу, а не прикасаешься к рукам молодой девушки. — я вырвала свои руки и прижала их к груди.

— Это от химикатов. Я подрабатываю в клининговой фирме. — Антонина Петровна страдальчески простонала в голос, запрокинув голову назад.

— Господи! Какие же мы дуры! — с чувством воскликнула она. — Включи мозги! Тебя используют, а ты ещё и рада. Мужчина должен содержать семью, а любящий мужчина никогда не позволит, чтобы у его любимой трескалась кожа на руках, чтобы она не работала как лошадь. — она взяла меня за руку, но на этот раз нежно, по-доброму. — Алиса, ты хорошая девушка, но слишком добрая. Сними розовые очки, пока не стало поздно. — потом она вздохнула, и повисло минутное молчание. — У тебя переработка, так что теперь ты выйдешь только в следующем году. — она задумалась. — Пятого числа нет, двенадцатого. — я замотала отрицательно головой.