Книга Дикая для Тихого, страница 14 – Яна Нова

Может зря я с ним пошла. От его пронизывающего взгляда как-то не по себе. Мурашки расползаются, будто от холода.

Прохожу по коридору в гостиную, замечаю накрытый стол со свечами, шампанским в ведерке со льдом, фруктами, десертами.

— Вадим, это что? — впадаю в ступор.

— Я знал, что ты не согласишься подняться, поэтому придумал маленькую хитрость, — подходит сзади, прижимается и роняет руки на талию.

— Ты обманом меня затащил, — скидываю его руки и иду в сторону двери. — Я, пожалуй, пойду.

— Элла, постой, — идёт за мной. — Ты чё так кипятишься. У меня сегодня день рождение, я хотел провести его с тобой. Останься ненадолго.

— День рождения?! Почему раньше молчал?

— Когда бы я сказал? В промежутках между тем, как вымаливал у тебя прощение.

Может и правда сильно загоняюсь. Всё это время он только и делает, чтоб мне угодить. Ну, оступился один раз. Пора, наверное, отпустить эту ситуацию. Он ведь пояснил, что раньше имел дело с более опытными и раскованным девушками, которые имя могли не спросить, а секс был.

Решила остаться, только от алкоголя сразу отказалась.

— Я приготовлю тебе апельсиновый фреш, — уходит на кухню, возвращается со стаканом сока.

Есть совсем не хочется, взяла небольшое пирожное, ковыряю вилкой, проглатываю небольшой кусочек, делая вид, что ем. Запивая всё большим количеством сока.

Вадим болтает без устали.

Мне как-то не по себе. Будто на иголках.

Кажется, сидим целую вечность, кидаю взгляд на телефон, прошло только полчаса.

— За тебя, Вадим, — поздравлю и вызову такси. Вадим пьет шампанское, за руль уже не сядет.

— Спасибо, Рыбонька, — выпивает ещё немного вина. — Потанцуем?

У меня из-за напряжения голова становится тяжелой и медленной. А телу наоборот, жарко, хоть балкон открывай. Картинка расплывается. Во рту пересыхает, с трудом делаю ещё один глоток. Вадик что-то говорит, тянет танцевать. Ноги ватные, будто не мои. Внутри становится страшно. Так страшно, мамочки.

— Элла, что с тобой? — трясёт за плечи. Его лицо расплывается. На меня обеспокоенно смотрят четыре глаза.

— Голова закружилась, — вожу рукой по лицу, кожа пылает. — Можно я присяду.

Мужчина подводит меня к дивану, опускает, он подо мной пружинит мягко. Откидываю голову на спинку и забываюсь сном.

Утром проснулась от адской головной боли. Такое ощущение, что на мозг что-то давит. Голову словно распирает изнутри, а во рту мерзко и сухо. Попыталась открыть глаза, но яркий солнечный свет ударил по сетчатке, от чего боль только усилилась. Повернулась на бок, поморщилась, схватилась за голову, запуская пальцы в волосы, громко простонав. Да, что же это такое со мной? Почему, так плохо?

Через несколько томительных минут, всё же удалось открыть глаза. Панорамное окно, опущенные жалюзи, стена, большая плазма. Что? Какая плазма? Резко подрываюсь и тут же плюхаюсь назад. Меня штормит, голова кружится, оперлась на колени. Я не дома! Что вообще вчера произошло?

Помню, как поднялась к Вадиму, мы ужинали, он позвал танцевать... а дальше... дальше пустота.

Он мне что-то подсыпал в сок и воспользовался мной. Начинаю ощупывать себя. Одежда на месте. Фуу, выдохнула с облегчением. Хоть здесь пронесло.

— Проснулась? — в комнату зашёл Вадим, весь одомашненный, в майке и коротких шортах. — Ну, ты засоня.