Книга В плену тирана, страница 7 – Евгения Паризьена

— Стой, куда в такую темень? Камиль сынок, проводи бедную девушку. Ох, выросли вместе, как родные, слово два брата и одна сестра. А время летит и никого не щадит! — обратился к грубияну, которому явно осточертело моё присутствие. У нас с ним взаимная неприязнь.

— Отец, немаленькая сама доберётся. Пусть сделает пару шагов и постучится в дом к хвостатому другу! — имел в виду сейчас Люсьена, который видел не первый сон.

— Разве так разговаривают с дамами? Чему вас только учили в школе? Николь, не обращай внимания, это сказываются тренировки. Камиль, я могу забрать ту шпагу, которой увы пока не заслужил! — пригрозил, будто нашёл слабое место, разве такие присутствуют у плебеев. Пробурчал что-то под нос, но вступать в спор не стал.

— Хорошо я доведу её в целости и сохранности!

— И выдай леди куртку. Николь, наверное, замёрзла! Не предлагаю остаться на ночь. Эдгар станет переживать. Слишком трясётся за свою девочку, — разъясняет ситуацию, всегда относилась к нему с большим уважением. Столько преград довелось им всем троим пройти. Воспитать годовалых младенцев, и на собственные деньги, заработанные кровью и потом построить дома. Вкладывать их в бизнес и развивать такой прекрасный спорт как фехтование. Покинули двор, идём по дороге, главное Камиль не проронил ни слова, порой раздражает молчанием.

— Чтобы завтра принесла футболку в чистом виде, если она будет благоухать тошнотворной ванилью, за завтраком дяде Эдгару предложу новое блюдо — жареный кошак! — около порога бросает устрашающий комментарий, нам даже сложно находиться вместе пару минут. Нет интересов, тем для разговора, только сплошные разногласия. И вечные противоречия. Со всем треском хлопнул калиткой, хоть какое-то проявление эмоций. Сажусь на скамейку, смотрю на звёздное небо, и пытаюсь найти там ответ. И не упуская случая, обратилась к котёнку.

— Всё из-за тебя! И не надо мурлыкать. Запомни, Минушу, он плохой. Ненавижу его высокомерие. Обзывает уродиной. А папа твердил, что я вся в маму, такая же красивая.

Дома после душа переодеваюсь в пижаму, и рассматриваю его футболку, а потом произвольно вдыхаю аромат, что за туалетная вода. Странно щекочет ноздри, от такой хочется не переставая чихать. Кошмар. Приготовилась ко сну и мысленно вспомнила, как он искусно обрезал бретельки на нижнем белье. Пусть заносчивый тип, но двигается со шпагой идеально. Так стоп, нельзя хвалить. У меня вообще есть отдельная тетрадь, где записываю все недостатки сына папиного друга. Включила лампу, и открыла первый ящик ночного столика, где хранилась тетрадь с серебристой обложкой. Название «Сухарь», а на другой странице его фотография. Странные глаза, их можно рассматривать часами и словно тонуть в озере. Хотя нет, не так падать в пропасть. Стоп, поменьше разглядывать сердцееда. Пора пополнить ежедневный список недостатков подлеца. Чтобы такое вписать? Бесчувственный был. Ах, вот точно, зазнайка со шпагой. Начеркала ручкой и отложила ежедневник в сторону. Хотела погасить ночник, как заметила в соседнем доме огонёк. Не спит, наверное, кувыркается с очередной дурнушкой. Ох, как же его ненавижу, и с каждым днем всё больше.

* * *

Люблю проводить выходные, убираясь по дому. Правда обычно с мытьем полов помогает Люсьен. Но раз в он отъезде, придётся всеми хлопотами заняться лично. Ох, красавчик мечта любой девушки. И порой заменяют лучшую подругу. Вечером как раз отправимся в парк, где потренируемся со шпагами. Вот с ним совершено не страшно вступать в бой, а с заносчивым Камилем, в крови просыпается ярость, я готова часами перечислять всё, что выводит больше всего в мерзопакостном болване. Вытираю пыль, но внезапно в дверь позвонили. Странно, папа не обещал так рано вернуться. В новом клубе фехтования затеяли грандиозный ремонт. Не снимая резиновых перчаток с рук, распахиваю дверь, и испытываю отвращение. На пороге мнется высокая брюнетка, в слишком коротком платье, и тонких шпильках. Накручивает локон на палец, и облизывает губы. Фу, что за мерзость? Сейчас стошнит. А голос какой прокуренный.