Книга В плену тирана, страница 24 – Евгения Паризьена

— Хочу пить!

— Пошла вон из моего дома. Любуйся, шлюха, пикантным снимком. Называется «мы изнасиловали рот одной швабре с красным беретом»! — вручил мобильный, чтобы убедилась ещё раз, как мы над ней поглумились. Ведь ее и пальцем не трогали.

— Ублюдки недоразвитые! Чтобы у вас члены отвалились!

— Базар фильтруй, могу скинуть с балкона! Выметайся! — вцепился в её колье, и так вышло, что случайно порвал. Камни рассыпались на ковре, и эта пискля заплакала.

— Последняя мамина память! Если бы только знал, как тебя презираю!

— Взаимно, соседка! — пинком вытолкнул в коридор, и только тогда смог успокоиться.

Николь

Повеселились на славу хамские выродки, поимели как грязную проститутку. Сдохните, твари! Противно касаться лица, которое было запачкано спермой, наверное уже поделились снимком в социальных сетях. Глазами нашла лезвие от бритвы, и в голову пришла мысль, нет это удел слабых. К тому же сейчас дома отец, который с кем-то нервно ругался по телефону.

— У меня нет такой суммы! Просил же сюда не звонить, — повысил голос, вызывая страшные подозрения. Сначала не предала этому значения, у него достаточно нервная работа.

Но зато потом, когда стала свидетелем мерзкой разборки около центрального кафе, обматерила этот день, всё также прокручивая интересную беседу папы. А быть может он связался с плохими людьми? По чистой случайности опрокидываю на одного из них кофе, вызывая дикую ярость.

— Ослепла, коза? На старших прешь? Сейчас умы разуму научим! — поднял за хвост, но тут по чистой случайности оказался Камиль. Вот у него попрошу помощи в последнюю очередь.

— Слышь, дебил, руки от девушки убрал!

— Ты мне, гнида? Не понял, тёлка твоя? Ну получай в тыкву за неё! — кулаком вмазал ему в живот, и Гладков упал. Теперь подтянулись остальные, нужно действовать. Взяла с первого столика бутылку, и разбила негодяю голову, вызвав панику у его шестерок.

— Овца малолетняя! Гномич, вставай! — обратились с кличкой, а мы тем самым рванули с Камилем на улицу.

— Черт! Ключи от машины забыл! — не стал возвращаться, но тут перед нами затормозил полицейский фургон. Не разобравшись затащили в салон, весёлые выходные, тут ничего не скажешь.

* * *

Не потрудились даже закрыть форточку, с учетом того, что я вся вымокла до нитки, простуда точно обеспечена. Никогда бы не подумала, что придется провести целые сутки в камере с циничным придурком, который совершенно не испытывает угрызение совести за свой поступок. Зубы стучат от холода, и даже папе не смогу позвонить, ведь мобильный потеряла по дороге, когда убегали от бандитов.

— А ну перестала! А то челюсть сломаю, дура! — столкнул с лавки и я случайно стукнулась об решетку.

— Ты здесь не главный, чтобы командовать! Я напишу заявление на вас в полицию. Таким уродам нужно сидеть в тюрьме.

— Не понял, дистрофик с накладными сиськам! Оборзела, падаль? Сейчас у меня сигарету сожрешь! Распахнула пасть, личная потаскуха! — за волосы потащил к себе, и ударил по щеке, а потом насильно раскрыл губы. — Тряпка! Угощайся!

— Ненормальный! Оборотень!

— Жуй бычок! Жуй! Хочу чтобы захлебнулась от собственной блевотины. Ненавижу! И ошибаешься, теперь будешь отсасывать друзьям постоянно, а с я превеликим удовольствием наблюдать, а если пожалуешься Эдгару, то дом Люсьена сложится, как карточный домик, может сразу ему венок купить?