Книга В плену тирана, страница 222 – Евгения Паризьена

— Ты собралась, доченька?

— Уже час назад. Ну и когда приедут те два студента, которую оккупируют мою квартиру? Сердце не на месте. Предупреди, чтобы не устраивали вечеринок, — выдвигаю условия, накидывая на плечи бордовый жакет. В корень поменяла стиль.

— Слушаю и повинуюсь. Кстати, тут заскочила в магазин и прикупила вкусняшек. Угощайся, — достаёт из сумки знакомую пачку пластилина, устраивает очередные проверки.

— Мамочка, ну ты даёшь. Это гадость редкостная. Я тащусь только по белому шоколаду. Его вкус никакая дрянь не заменит, — выдала как отличница на экзамене, и она похлопала в ладоши.

— Господи, как я горжусь тобой. Моя умница. Иди сюда! Сильная, мужественная девочка! Бесстрашный воин, — обнимает меня и я плачу у неё на груди, за это время мы стали одним целым.

— Давай поспешим, через два часа самолёт. Не терпится увидеть Андрюшу. Он ведь часто обо мне спрашивает?

— Конечно, мальчик думает, что мамочка тайный агент и участвует в сложных операциях. Они же мальчишки, те ещё фантазеры. Сама знаешь, — заботливо вытирает слезинки с моего лица, пора отправляться в путь.

Весь полет страшно волновалась, главное не устроить истерику перед детьми, у которых сейчас урок фехтования. И стоило зайти в родную гостиную, и бросить чемодан, окаменела… Боже, как они выросли!

— Защищайся, я тебя сейчас уделаю! — протягивает мой старший сынок рапиру. Какой отважный со стороны.

— Не дождёшься, папа научил меня новому трюку, — отвечает другой малыш, не собираясь сдаваться. Но тут они оборачиваются и замечают меня. От радости бросают рапиры и кричат на весь дом, так что можно оглохнуть.

— Мамочка приехала! — бегут со всех ног, а потом обнимают. Господи, какой трогательный момент. Если бы знали, как соскучилась по моим сладким.

— Ванечка, Андрюша! Вылитые богатыри! А ну рассказывайте как тут живёте с бабушками? — улыбаюсь двум ангелочкам, которых не видела долгое время.

— Плохо. Они очень строгие! Не разрешают лопать конфет.

— Поворчите мне ещё несносные мальчишки. Пока каждый из вас не научится бегло читать, не видать вам компьютерных игр, — кинула свою реплику мама.

— Бабусь, все вопросы к Андрею, он специально разорвал мой сборник со сказками.

— Врёшь, — возражает мой младший сынок, и тут словно тень возрастает тренер.

— Юные фехтовальщики, потрудитесь вернуться на урок. Здравствуйте, Николь. С возвращением, — поприветствовал господин Морис. Он также по совместительству был педагогом французского языка для наших малышей. Оставили нас с мамой наедине, самое время, чтобы спросить.

— Бегло читать? По-моему, ты увлеклась.

— Не спорь с нашим воспитанием. Ванечке на следующий год в школу, он должен быть лучший из лучших. А Андрюшей я ещё займусь. Весь в Камиля пошёл, не расстаётся со шпагой. Так, иди пока располагайся, а мы с прислугой накроем на стол, — удалилась на кухню, чтобы заняться приготовлением обеда.

* * *

— Я не записала, как вас зовут?

— Разве не узнали? Владимир Александрович.

— Точно. Ваша дочка ещё получила золотую медаль по фехтованию. Конечно, будем рады вас видеть в клубе. Правда у нас такой суровый тренер, расслабляться не даст, — уточнила одну немаловажную деталь, и тут случайно обронила ручку. Эта суета целый день не даёт покоя. Уже собралась продолжить разговор, как внезапно кислород испарился. Я будто замерла и превратилась в статую. Слышу знакомый голос, в который когда-то влюбилась.