Книга В плену тирана, страница 205 – Евгения Паризьена

— Здравствуйте, вы не подскажите, где проживает Камиль Бойцов?

— А зачем он вам нужен? — интересуюсь, а женщина виновато опускает глаза.

— Он мой сын…

Николь

Вероятно, сегодня день самых настоящих сюрпризов, от которых можно запросто полысеть.

— Моя мама погибла при взрыве в торговом центре. Вы ошиблись, женщина, — собрался выпроводить её за дверь. Хотя уже сейчас заметила между ними не большое сходство.

— Камиль, его подстроили. Помнишь, рассказывала. Давай выслушаем эту даму?

— Девушка верно говорит. Так я могу пройти? Или будешь держать на пороге? — одарила холодным взглядом, в котором было много печали и боли.

Бойцов лишь тяжело вздохнул и пригласил её в дом.

— Говорите быстрее, что хотели у нас мало времени, — не хотел с ней вести нормальный диалог.

— Такой же эгоист, как твой отец. Испортил всю мою жизнь, а сам носился за этой сучкой Ивонн.

— Пожалуйста, не оскорбляйте мою маму. Вы тоже выглядите не в лучшем свете. Пропали куда-то на двадцать лет. А потом на тебе, как снег на голову, — не выдержала я и вмешалась.

— Это наши личные дела с сыном и тебе рот не разрешали открывать, — нагрубила прямо в лицо. И это ужасно взбесило Камиля.

— Никогда, ни при каких условиях не оскорбляй мою любимую девушку! Мамаша кукушка. Если собираешься наладить отношения с сыночкой, трусы будешь её стирать. А не нравится дверь знаешь, где находится, — повёл себя довольно жестоко.

— Конечно, легко обвинять человека, не зная истинной правды. Так вот я пришла открыть глаза и положить конец всей этой страшной паутине вранья, — достала она платок и начала рассказывать.

— Ивонн, забрала у меня счастье. Сначала увела парня в школе, а затем отобрала Ираклия, которого любила всем сердцем. Узнав о моей беременности, наняла бандитов, которые продали меня в рабство к одному богатому олигарху. Над нами издевались долгих девятнадцать лет. А сама проститутка запудрила мозги Кристофу, вдовцу, который не оклемался после смерти жены.

— Это чушь полнейшая. Её насильно удерживали в заточении, — заступилась за свою маму, которая сама была жертвой и страдала все эти годы.

— Я разговариваю с Камилем. Имей совесть, скройся с глаз. Тошно смотреть, одно лицо с шалавой.

— Ты глухая? Не смей порочить имя Николь. Пусть даже ты попала в тот капкан? Причём тут эта невинная девушка? Лучше ответь, почему бросила единственного сына на произвол судьбы? Жду объяснений или сейчас дам такой пинок под зад, мало не покажется.

— Камиль, она просто взволнованна, не ругайся с родной матерью. А я пока посижу с Ваней.

— Что? У вас есть дети? Ты связал жизнь с грязной путаной? Значит, мои молитвы не услышали. На свете столько достойных девушек, а он остановил свой выбор на убогой твари, — по её крикам было понятно насколько сильно меня презирает.

— Вон пошла. Чтобы не появлялась вблизи этого дома, — не стал церемониться с бедной женщиной и вытолкнул за дверь. — Охрана, выпроводите эту воровку. А не то сейчас же полицию вызову.

— Обвинять мать в грехах, которые не совершала. Какого эгоиста воспитали! — раскричалась на весь двор, разбудив маленького ребёнка. А я незамедлительно помчалась наверх и Камиль отправился следом.

— Тише, Ванечка, спи мой золотой!

— Нет, ты погляди, что творится. Явилась и качает здесь права. Она молилась, чтобы у нас не было детей. Великолепно, да я даже мать Питэра зауважал, — не мог контролировать свои эмоции.