Книга В плену тирана, страница 142 – Евгения Паризьена

— Когда Эдгар узнал, что ты ему не родная дочь, запил и связался с бандитами, тоже самое случилось и с Райном. На твой день рождения вас должны были продать в сексуальное рабство. Ты бы стала шлюхой для потных мужиков, а Камиль аппетитным жеребцом для богатых старых сучек. Но в дом ворвались грабители и убили этих подлецов! А потом на вашем пути повстречался жестокий и холодный Ираклий, который единственный, кто желал вам добра! Правда есть грех за мной!

Казалось на меня вылили столько дерьма, и не удастся так быстро отмыться.

— Какой?

— Я настроил Камиля против тебя, не хотел, чтобы он повторил мою ошибку и влюбился без памяти. Ты ведь очень похожа на Ивонн, те же повадки и черты. Сделал фотомонтаж, на котором выставил собственную сестру убийцей Селесты, и страшной хищницей. Да она спала с тремя мужчинами, но не была преступницей. В тот день они поехали в торговый центр, который захватили террористы и их действительно взорвали. Знаешь, как страдал? Ведь не уберегла себя дура, а я даже сейчас её люблю, и после смерти прикончил лично саблей тех супругов. Перерезал им горло они ведь совратили мою девочку, которая была невинная и чистая как ангел! — разбил хрустальную пепельницу об стену и зарыдал.

— Вы поступили правильно! Получается, нас заперли в лагере, чтобы уберечь!

— Говорю же, вы как родные дети! Николь, я на всё готов ради вашего счастья. Сохраните его, умоляю. В жизни столько подлости. Увы, так и не смог признаться ей в чувствах, нам не суждено быть вместе!

— Я горжусь, что у меня будет такой свёкор! — обнимаю его и ощущаю заветное тепло, до сих пор в голове не укладывается, что отец хотел продать в бордель.

— Вы сказали, что Эдгар не мой родной папа. Откуда это знаете?

— Ивонн проговорилась. После одного турнира познакомилась с влиятельным мужчиной, они провели ночь в отеле, и не пользовались средствами защиты. Без сомнения, залетела от него! Поэтому не имею понятия, где обитает этот козёл. Если не против на время готов стать твоим предком! — тяжело вздохнул и уставился на часы! — Торопись, сын разозлится! Уже искусал все локти от волнения. Мой водитель тебя отвезёт. Прошу, наш разговор должен остаться между нами.

Уже подошла к двери, и торопилась скрыться, но он окликнул.

— Николь, если потребуется я отдам за вас жизнь с Камилем. Пусть строгий на первый взгляд, но сердце за вас болит! Будьте счастливы! — натянуто улыбнулся и скрылся в подсобке.

Всю дорогу рассуждала, как мог выглядеть мой настоящий отец. Странная штука жизнь устраивает такие непроходимые лабиринты, что кажется так и не найти выхода. Уже собралась надеть коньки, и тут мне закрыли глаза, носом почувствовала знакомый аромат и не смогла сдержать улыбки.

— Я уже нашёл себе другую Ники! — раздался нежный шёпот.

— Ах так, Бойцов! Всё забирай кольцо! Вижу как любишь! — случайно соприкоснулись с ним носом.

— Обожаю чудачка! И готов носить весь вечер на руках! Моя малышка! — берет в свои объятия и выходит на лёд, на нас сразу обратили внимание.

— С ума сошёл! Они же все смотрят!

— Пусть завидуют, я обожаю мою девочку и не собираюсь отпускать! — нежно поцеловал в носик, а потом случайно поскользнулся и упал. Плюхнулись с ним на лёд, стукнувшись лбами.

— Ай!!!

— Где болит, чучундра? — целует место ушиба и тут в нас врезается какая-то дама, не упуская возможности нагрубить.