Книга Степан, Степаныч и Маруся. Или, у меня же лапки, страница 8 – Лана Сергеева

Мы возвращаемся в кровать и продолжаем исследовать друг друга.

От поцелуев Степана горит всё тело, я каждой клеточкой тянусь к нему.

Хочу навсегда остаться в его объятиях.

Очень хочу сделать ему приятное, но не понимаю, как.

Встаю на колени, уже совсем не стесняюсь ставшего родным мужчины.

Дотрагиваюсь до его члена и немного сжимаю.

Степан кладёт свою руку сверху и направляет меня.

Вид восставшей плоти завораживает, поддаюсь порыву, наклоняюсь и касаюсь головки языком.

Степан рычит и запускает руку мне в волосы.

Вторая рука находит моё лоно, начинает ласкать клитор, пальцы кружат вокруг лона, ещё немного и начну искрить от удовольствия.

Я полностью обхватываю головку губами и обвожу языком.

Она немного солоноватая на вкус, рот наполняется слюной.

Я теряюсь в ощущениях, уже сама насаживаюсь на пальцы Степана, от возбуждения меня бьёт мелкая дрожь.

Вожу рукой по стволу, который кажется с каждой минутой становящимся всё больше и твёрже.

Он начинает пульсировать, и горячая струя наполняет мой рот, инстинктивно глотаю всё до последней капли, от невероятного возбуждения тоже достигаю оргазма и падаю рядом.

Поднимаю глаза на Степана.

Он смотрит на меня с таким обожанием и любовью.

Прижимает меня к себе и нежно целует.

— Мне очень с тобой хорошо, сейчас я понял, что умру без тебя. Останься со мной навсегда, нам многое надо ещё узнать друг о друге. Но отпустить я тебя уже не смогу. Ты моя мечта, которая сбылась. А теперь давай пойдем вниз, надо тебя накормить. Ты два дня ничего не ела, да и Степаныч, наверное, уже нагулял аппетит.

Глава 8. Маруся.

Завтракаем омлетом и тостами с паштетом.

Рассказываю Степану, что ехала к бабушке, когда меня застала гроза.

О том, что закончила институт.

О маме и отце, братике и его болезни.

Мой любимый тоже рассказывает про себя, как спас Степаныча, ещё котенком.

Нашёл его брошенным с братьями и сёстрами в лесу.

Выжил только этот огромный котяра и стал его семьёй.

У него оказалось, что кроме дедушки и кота никого нет.

Кот сидит рядом и слушает нас, как будто бы понимая, что разговор о нём.

В этот момент двери распахиваются и на пороге появляется старик с огромной собакой на руках.

На пол капает кровь.

Стёпа скидывает всё со стола, и дед укладывает поскуливающее животное на стол.

— Что произошло? Дед, что с Ворчуном?

— Капкан нашёл, видно браконьеры расставили на рысь. До тебя ближе было, вот и рванул на прямую. Знал, что ты тут.

Я вижу, что дело серьёзное.

Тянуть нельзя, надо срочно обработать рану.

Пока мужчины растеряны, подхожу к собаке и осматриваю лапу.

Пёс повизгивает, но терпит, смотрит на меня жалостливо своими мокрыми глазами.

Раздаю распоряжения, Степан уходит за аптечкой, а дедушка устало садится на стул.

Степаныч запрыгивает к нему на колени и как будто пытается успокоить, поддержать старика.

— Называй меня дед Василий, внучка. Ты, смотрю, ловко в болячках разбираешься. Что там с Лапой, сильно пострадала?

— Сейчас всё увидим, больно ему, не могу пока осмотреть.

Заходи, Степан, с моей аптечкой, которую я везде таскаю с собой.

— Хорошо, что вещи твои из машины вытащил перед тем, как её парни забрали. Командуй, что надо делать?

— Достаю ампулу и вкалываю обезболивающее, Степан помогает дать Ворчуну снотворное. Пес расслабляется, и я приступаю к осмотру.