Книга Укрощение строптивого студента, страница 12 – Мила Ваниль

— А я думала, что я у тебя единственная. — Признаваться в этом было на удивление легко. — Вернее, надеялась.

— Черт… — пробурчал Демон себе под нос. — Я не хотел, чтобы ты привязывалась.

— Я замечала все знаки. Просто… предпочитала их не замечать. Ты не виноват. Прости, я еще не привыкла… вот так просто… — Даша отвела взгляд. — И не уверена, что хочу привыкать.

— И все же это я облажался. Ты наказала меня, но не так, как я рассчитывал. Прости, мне придется кое в чем признаться…

— Ты все же женат? И соврал, чтобы вытащить меня из дома? — Даша посмотрела на него с интересом. — Обожаю каминг-ауты.

— Серьезно? Обожаешь? — удивился Демон.

— Нет, конечно. Это сарказм. Кто же любит, когда его водят за нос?

— Надеюсь, ты поймешь. — Демон подлил в бокал Даши шампанского. — Не хотелось бы оставаться в твоей памяти мерзавцем.

— Почему? — искренне удивилась она. — Ведь я же одна из многих.

— В некотором роде, ты — единственная…

«Ага, только в некотором, — подумала Даша. — Что ж, хоть узнаю, в каком».

Шампанское приятно кололо язык, оседало на нёбе ароматным букетом. И пьянило — легко, в меру.

— Я не саб, Дана.

Она все же поперхнулась вином. Не так, чтобы закашляться, но шампанское попало в нос, и от этого из глаз брызнули слезы. Демон молча подал ей платок, и, воспользовавшись им, Даша спросила:

— Ты свитч?

— Нет. — Демон поморщился. — Я доминант и мазохист.

Ну, приехали! И такие бывают?

— Бывают. — Он повел плечом. — Я же есть.

Ох, это она вслух ляпнула? Даша решительно отставила бокал. Подошедший официант поставил перед ней тарелку с едой.

— Ты поешь, — попросил Демон. — Прежде чем убегать. Но если очень хочется, можешь запустить этой тарелкой в меня.

Даша хмыкнула и взяла нож и вилку. Не дождется! И поест она с удовольствием — назло Демону. Пусть подергается в ожидании. Доминант хренов…

— Что-то тут не сходится, — заметила она, прикончив стейк. — Если ты маз, то какого хрена ублажал меня, как саб?

— Не хотел, чтобы ты догадалась, — мрачно ответил Демон.

И от его тона внутри опять все завибрировало. Вот уж действительно… демон! Искуситель…

— Но… разве это не…

— Подло, — подсказал он, так как Даша замялась. — Есть такое. Но у меня есть и оправдание.

— Какое же?

— Я искренен в своих чувствах. Конечно, мне хочется, чтобы ты была нижней. Но найти сабу-садистку трудно. А ты похожа… внешне…

— Так, остановись! — Даша кивнула официанту, чтобы он убрал пустую тарелку. И продолжила, когда тот отошел: — Знаешь, как я себя сейчас чувствую? Как будто мой муж оказался геем. Вроде бы у нас прекрасный секс, но он — гей. Не би, а гей. И заявляет, что женился на мне, потому что я похожа на мужика. Понимаешь?

— Иначе говоря, лучше бы я был свитчем, — усмехнулся Демон.

— Лучше бы хоть кто-нибудь меня пожалел. — Она бросила на стол салфетку. — Спасибо за ужин. Я не сбегаю. Но мне надо это как-то переварить.

Демон догнал ее на улице. Даша не успела далеко уйти — выясняла, в какой стороне метро.

— Можно тебя пожалеть? — спросил он, обнимая ее. — Доверься мне, м?

— Довериться… доминанту? — Вырываться ей определенно не хотелось.

— Это нестрашно. Я не садист. Но ты доверься… мужчине.

= 8 =

— Нет, Дмитрий Львович. — Даша собралась с духом и отстранилась. — Я не из тех, кто ищет утешения в постели.