Книга Помешанная на нём, страница 74 – Кристина Жиглата

Может кто-то из них согласится на такие условия — быть чей-то заменой, но не я.

Кое-как привожу себя в порядок, выхожу на улицу и сажусь в машину. Молчу. Делаю вид что всё хорошо… А на самом деле едва сдерживаюсь чтобы не разреветься.

Оказывается было больно уезжать и покидать Ратмира… Потому что я была уверена что это навсегда.

Но больнее всего было от мыслей, что он поступил со мной так… Что он меня обманывал и… Не любил. Когда я готова была ради него отдать жизнь.

А дальше был целый час изнурительного пути… Изнурительного, потому что было трудно бороться с собой и теми эмоциями, которые бурлили во мне всё это время.

Поэтому, как только мы прибываем на место, и я оказываюсь в доме, меня тут же кроет… Плотину прорывает.

Я падаю на колени прямо возле входа и начинаю рыдать… Чем очень сильно напугала сестру. Она как раз шла мне навстречу (не одна), и как только я её увидела, то сразу расслабилась, отпустив ситуацию.

— Мириам…, - взволновано сказала Настя, растерянно взглянув на Алишера. Её только что беззаботное, улыбчивое лицо, тут же побледнело, в глазах появился страх и волнение. Она сразу бросилась ко мне и, упав рядом со мной на колени, заключила в свои объятия. — Что… Что произошло?

Я не сразу могла ответить, потому что задыхалась от слёз и рыдания, которое охватило меня в этот момент. Я так не плакала даже тогда, когда меня бил отец… До полусмерти. Оказывается телесная боль, не настолько сильно болезненная как сердечная и душевная.

— Я… Я… Я…, - это все, что из меня вырывалось, между всхлипами.

— Господи, Мириам… Ты меня убиваешь, — с болью в голосе сказала сестра, сильнее прижимая меня к себе. — Пожалуйста, скажи мне что произошло, иначе я сойду с ума…

Некоторое время я ещё рыдала, а потом кое-как взяла себя в руки и между всхлипами сказала.

— Ратмир… Он не любит меня… Я нужна ему только потому, что похожа на его бывшую, — выдавливаю. Но, кажется, Настя ничего не поняла. Конечно, ведь она ничего не знает о Марине. Хотя слышала о ней в том подвале, когда мы были в плену.

— Объясни, — просит она. — Что случилось? Почему ты так решила? Он тебе что-то сказал?

Я отрицательно покачала головой.

— Подожди… Дай мне минуту, — прошу, делая глубокие вдохи и пытаясь восстановить дыхание.

— Хорошо… Только пойдем на диван, — просит она, поднимая меня на ноги и уводя в центр гостиной. Мы садимся на диван, и некоторое время просто молчим.

— Вот, выпей это, — спустя несколько секунд, говорит мне Алишер, который стоял всё это время рядом и наблюдал за нами. Я подняла на него заплаканный взгляд и увидела в его руке таблетку и стакан воды. — Это успокоительное… Оно поможет, — объясняет, и сестра принимает у него таблетку и воду.

— Выпей, — настаивает, прижимая таблетку к моим губам. Я машинально её принимаю. Доверяю. Затем запиваю её водой.

— С-спасибо, — говорю всхлипывая.

Сестра прижимает меня к себе и начинает успокаивающе гладить по волосам.

Спустя несколько минут, мне действительно становится лучше. Я могу дышать и говорить. Боль в груди становится не такой сильной…

— Помнишь Марину… Ну о которой говорил Ратмир в подвале, — начитаю, глядя в одну точку.

Сестра согласно кивает.

— Он тогда ещё сказал, что обратил на тебя внимание только из-за того, что ты похожа на нее… Что он взял своё и ты больше ему не нужна, — ответила она.