Книга Как они её делили, страница 5 – Диана Рымарь

— Я из-за вас поседею раньше времени! — Отец тычет себе в правый висок, но в его черных волосах и без наших стараний давно пробивается седина, она даже видна у него в бородке, только брови по-прежнему черные. — Я так гордился своими сыновьями… Поступили с хорошими баллами, посещают престижный университет, собираются идти по стопам отца. Место в фирме для них готовил. А вы что? Что вы творите, засранцы эдакие?!

Не спорим. Молчим. Изображаем полнейшее послушание. С батей только так, ведь, пока он в гневе, никаких отмазок слушать не будет.

Я смотрю исподлобья на мать.

Она тоже здесь, стоит в стороне, смотрит на нас испуганно — голубые глазищи на пол-лица. Прямо как у Насти временами, только Настя блондинка, а у мамы темный волос.

Этот мамин испуганный взгляд — что иголка под ноготь.

Мать — святое, ее хочется защищать, а не смотреть на испуганное лицо.

— Мигран, как это их отчисляют? — тихо спрашивает она, при этом у нее бледнеет лицо и даже губы. — Ты же сказал, что разобрался…

— Ульяна! — Отец грозно зыркает на нее.

Должно быть, информация о том, что он разобрался, была приготовлена для нас на закуску.

Однако, когда мы с Арамом это слышим, радостно переглядываемся.

Фух, пронесло на этот раз.

Но отец и не думает успокаиваться.

— Разобрался! — рычит он и продолжает буравить нас грозным взглядом. — Вы знаете, сколько мне пришлось отвалить в качестве спонсорской помощи, чтобы вас, оглоедов, не отчислили? Очень круглую сумму! И вы мне эту сумму отработаете на каникулах вместо отдыха, поняли?

— Отработаем, — отвечаю я.

Арам тоже кивает.

— Без «б», бать, — зачем-то вякает он.

— Без «б», значит. — Отец моментально привязывается к этой фразе. — Без «б» у них все… Я смотрю, хорошо устроились, студенты. Жируете на родительских харчах, живете в роскошных комнатах, джипы дорогие водите, которые я вам по глупости купил. Вы вообще в курсе, сколько штрафов прилетело за ваше вождение? Да и хрен бы с ними, со штрафами, девчонку из кино украсть, на плечо закинуть… Она вам что, кавказская пленница? Вы б еще мешок на нее надели, дурни!

Мы снова вжимаем головы в плечи, пережидаем второй раунд.

— Объясните мне. — Отец машет руками перед нашими лицами. — На кой хер вам понадобилось бить сына декана? Зачем?

Арам вскидывает голову, готов расколоться, сучонок.

Зыркаю на него, едва заметно качаю головой.

Даю мысленный посыл страшной силы: «Молчи! Молчи!»

Потому что, если батя прознает причину…

Это мы с Арамом знаем, что тот Костик — любитель отъебать какую-нибудь целку и выложить подвиг в университетский порно-канал в телеге. Подход у него с закосом под романтика — сначала кино-домино, потом к себе в квартиру, типа в приставку порубиться, суши поесть или еще что, разумеется с продолжением. Какая-то девчонка сама соглашается, какую-то соглашают. А потом на всеобщее обозрение появляется видео с клубничкой.

Но если батя узнает про тот канал, это будет вселенский апокалипсис.

Канал ведь секретный, чисто для пацанов нашего универа.

Все поймут, что это мы раскололись, и мы будем нерукопожатны.

К слову, на том канале не только порно. Там часто выкладывают мнения про телок. По нему меряют, кого драть, с кем под ручку ходить. Оценивают, баллы выставляют.

Рыгаловка, короче, блевотная.