Книга Как они её делили, страница 29 – Диана Рымарь

Он отодвигает мои волосы, целует в шею, отчего я мгновенно покрываюсь мурашками.

Позволяю ему увести меня.

Поначалу даже не понимаю, что мы идем вовсе не на танцпол.

В первые секунды не соображаю, где мы в результате оказываемся. Какая-та полутемная комната, из мебели тут только стол и стулья. Вип-кабинка?

Главное — здесь нет никого, хотя снаружи ходят толпы народа и орет музыка. Мы словно отрезаны от остального мира! Но он нам и не нужен, ведь у нас здесь свой.

Все же меня немного напрягает, когда Арам, тянет руку к замку и запирает дверь. Зачем? И откуда у Арама ключи?

Задать эти вопросы я не успеваю, потому что он припечатывает меня собой к стенке и жадно целует.

— Арам, что ты делаешь? — стону я ему в губы.

А он буквально затыкает меня своим ртом. Снова чувствую привкус мяты, когда пускаю в себя его язык. Он таранит меня им, вобрав в себя полностью мои губы.

У меня горит рот, сладко ноет грудь и низ живота. Голова кружится, все как в тумане.

Мне так хорошо в его руках. Несмотря на дикость происходящего, так приятно и правильно…

Пожалуй, даже слишком приятно. Хотя еще недавно, когда мы целовались на танцполе, эмоции все же были другими. А сейчас такое ощущение, будто я целуюсь с…

— Артур? — болезненно охаю.

— Дошло наконец, — рычит он мне в губы и снова зажимает мне рот своим.

Я не понимаю, как так происходит.

Артур подхватывает меня под попу и умудряется усадить на стол, при этом порядком задирает юбку. А потом и вовсе собирает мои волосы в кулак, заставляет держать голову прямо и смотреть ему в лицо.

— На глазах у всех с Арамом сосешься, — цедит он, буравя меня злым взглядом. — Не стыдно тебе?

— Что? — охаю я.

Ему ли мне предъявлять. Когда сам…

Артур продолжает изрыгать гнев:

— Типа такая вся скромница-отличница, правильная девочка, шаг влево ни-ни. Не троньте ее, целочку. А сама чуть из трусов на танцполе не выпрыгивала. Как ты могла сосаться с Арамом? Это мне назло? Скажи!

— Мы с Арамом встречаемся! — выплевываю это ему в лицо.

После моих слов Артур еще больше звереет. Наклоняет голову к моему лицу и буквально цедит в губы:

— Ты не будешь с ним! Ты — моя, и не ври, что не хочешь…

А потом он буквально набрасывается на мой рот, целует жадно, кусает мою нижнюю губу. Терзает меня своим ртом, и не жалко ему.

Что есть силы упираюсь ладонями ему в грудь и стараюсь отпихнуть.

Вот только у меня не получается, потому что Артур силен как черт и упрям как осел. Космическое сочетание.

Его не сдвинешь.

Тогда я иду на хитрость: якобы покоряюсь ему, позволяю полностью завладеть моими губами, ласкать, как он хочет. А потом втягиваю его нижнюю губу в рот и кусаю. Но не полунежно, как он это делал, а с силой.

— А-а! — рычит он.

И резко отстраняется, отпускает меня, смотрит волком.

— Алису свою целуй, кобелина! — кричу на него.

Приходит его черед удивляться:

— Чего? Какую Алису?

Идиота из себя корчит? Или даже имен своих подружек не запоминает?

— Ту, которой ты ребенка сделал, сволочь!

С этими словами я лезу в маленькую сумочку, которая все еще каким-то чудом висит у меня на боку, надетая через плечо. Достаю телефон, тычу им Артуру в лицо.

— Вот фото, видишь?

Он смотрит на снимок теста с двумя полосками.

Откровенно недоумевает:

— Настя, ты дура? Я не делал никакой Алисе ребенка. Я вообще никому никаких детей не делал!