Книга Между стрoк, страница 160 – Оливия Хейл

— Она уехала после скандала.

— Так и есть, — говорит он. — Мы с Мэнди — единственные из нашей семьи, кто остался в городе. Даже папы там больше нет.

Эйден сухо усмехается.

— Он всегда поносил Фресно, а теперь это его дом. В этом есть какая-то ирония.

— Мне жаль.

— Не жалей меня, Хаос, — говорит Эйден.

Он наклоняется и накрывает мой рот своим. Мы так много целовались сегодня, что мои губы распухли, и я ни за что не хочу, чтобы это прекращалось.

— Сейчас у меня есть все, чего я хочу.

Мне хочется утонуть в нем. Прижимаясь к его груди, я закрываю глаза.

— У меня вопрос немного не по теме.

— Валяй.

— Ты хочешь детей?

Его рука снова скользит вверх и вниз по моей спине.

— Верно. Мы еще об этом не говорили. А это важно для мемуаров.

— Абсолютно необходимо, — бормочу я.

— Кажется, я хочу детей. Да. Но если они у меня будут, я не смогу... Я не буду работать так много, как сейчас. Я хочу, чтобы к тому времени «Титан Медиа» была в безопасности, чтобы компании не нужно было мое постоянно участии в ее управлении.

— Ага. Умно.

— Ты хочешь детей?

Я поворачиваюсь и смотрю на его подбородок.

— Не уверена. Раньше я очень хотела. Но теперь, последние десять лет... я не позволяю себе думать об этом.

Если я заведу детей, то должна буду остепениться и остаться на одном месте. Кот в кресле-качалке, годовой абонемент в спортзал и все такое. Постоянный круг друзей. Дом и семейная машина. Возможно, гараж.

И мужчина, с которым мы будем вместе их растить.

— У тебя есть время разобраться, — говорит он.

— Мне почти тридцать.

— У тебя есть время, — повторяет он и прижимается губами к моему виску. — Ты уже неплохо разбираешься во многих вещах.

— О. Правда?

— Да. Например, в том, что с тобой все в порядке и ты имеешь право наслаждаться жизнью.

Он снова целует меня.

— Ты говорила мне, что тебе нравится играть роли.

— Роли? Да.

— Когда ты начинаешь новый писательский проект. Какую роль ты играла здесь, в Лос-Анджелесе? Со мной?

Я замолкаю, кладу руку ему на грудь. Вопрос застает меня врасплох.

— Не уверена, — наконец отвечаю я. — Одну из самых сложных.

— Да?

— Да. Я пыталась играть Шарлотту из большого города. Уверенную в себе. Харизматичную. Не терпящую твоих заскоков.

Я улыбаюсь.

— Но иногда я теряю концентрацию и думаю, что я это просто... я.

Взгляд Эйдена смягчается.

— Мне больше всего нравится именно эта версия, — говорит он. — Та, где есть только ты.

— Знаешь что? Наверное, мне она тоже начинает нравиться.

Шарлотта

В четверг вечером, через два дня после нашего возвращения из Малибу, я сижу на диване в комнате с телевизором.

Девять вечера, мы только что закончили наш ужин, состоявший из еды на вынос. По телевизору идет очередной эпизод «Друзей». Эйден развалился рядом со мной в серых спортивных штанах и футболке, держа на коленях мой открытый ноутбук.

Я тереблю край своей огромной синей футболки, которую я позаимствовала у Эйдена. Я надела ее вместе с пижамными шортами, приняв душ в его огромной ванной комнате. Это было после того, как он вернулся с работы, и мы занялись быстрым жарким сексом у него в постели.

Я уже почти привыкла к этой близости. Каждый день с тех пор, как мы снова начали заниматься сексом.

— Ну как тебе? — спрашиваю я.

Эйден улыбается, не отрывая глаз от экрана.