Книга Невеста НЕ девственица, страница 77 – Мила Реброва

И вскоре тишина комнаты заполнилась только нашим ровным дыханием.

* * *

Я проснулась первой.

Рашид всё ещё спал, его рука лежала на моей талии, удерживая меня в объятиях. Я чувствовала его ровное дыхание, тепло его тела.

Он устал.

Я осторожно убрала прядь волос с его лба, провела пальцами по щеке, по щетине. Он вздохнул во сне, но не проснулся.

Мне захотелось сделать для него что-то хорошее. Он был измучен дорогой, и после возвращения у него не было нормального ужина.

Я осторожно выбралась из его рук, натянула халат и вышла на кухню.

Там уже сидел Бека, разложившись на стуле с чашкой чая.

— О, хозяйка встала, — протянул он.

— Ты тоже рано, — заметила я, проходя к плите.

— Раненые спят плохо, — Бека ткнул себя в грудь, потом опустил взгляд на свою ногу. — Щиколотка всё ещё ноет, если тебе вдруг интересно.

Я закатила глаза.

— Интересно ли мне, что ты ведёшь себя как старик?

— О, вот и благодарность за моё терпение.

Я не ответила, просто начала доставать продукты.

— И что у нас на завтрак? — спросил Бека, потягиваясь.

— Что-нибудь сытное, — сказала я, вытаскивая разделочную доску.

— О, это хорошо. Я жутко голодный!

Я пододвинула к нему нож и положила лук.

— Порежь.

Бека прищурился.

— Ты думаешь, если я вчера помог тебе с пирогом, то теперь тоже буду помогать?

— Ну, ты же сам предложил.

— Вчера.

— А сегодня что изменилось?

Он картинно вздохнул.

— Я помощником к тебе не нанимался.

— Хватит ворчать, лучше займись полезным делом.

Бека взял нож, покрутил его в руке, потом с преувеличенной неохотой начал шинковать лук.

— Знаешь, ты не ценишь мою доброту.

— Какую доброту?

— Я ведь мог сделать вид, что сплю.

— Ну, можешь вернуться в постель.

— И оставить тебя тут одну? Ты же мне весь день это припоминать будешь.

Я усмехнулась.

— Может быть.

Он скосил на меня взгляд.

— Ты начинаешь мне нравиться.

— А раньше не нравилась?

— Раньше я сомневался.

— Так и знала.

Я поставила сковороду на плиту, разогревая масло.

— Слушай, а если серьёзно, ты что, правда так скучала по Рашиду за один день?

Я покосилась на него.

— Хватит преувеличивать.

— Не, ну правда. Я тут наблюдаю, значит, и думаю: она, вроде, без него нормально справляется.

— Справляться — одно, а жить — другое.

Он поднял брови.

— Ого. Это что, признание в любви?

— Это ответ на твой глупый вопрос.

Бека фыркнул, закончил резать лук и с гордостью придвинул мне доску.

— Ладно, раз я всё-таки вложил свой труд в этот завтрак, то надеюсь, он будет вкусным.

— Будет, — заверила я.

Я осторожно помешивала яйца на сковороде, раздумывая, как завести разговор. Бека неспешно пил чай, закинув ногу на ногу и лениво разглядывая кухню.

Я вздохнула, всё же решаясь:

— Бека…

— Хм? — Он оторвался от чашки, глядя на меня с прищуром.

Я постаралась сделать вид, что говорю совершенно невзначай:

— Рашиду удалось что-то разузнать в своей поездке?

Его лицо мгновенно стало непроницаемым. Он поставил чашку на стол и чуть склонил голову.

— В смысле?

— В прямом, — я прищурилась. — Он ведь не просто так уехал.

Бека продолжал изображать полнейшее непонимание.

— Он ездил по работе, — пожал он плечами. — Разве он тебе не сказал?

Я переставила сковороду на выключенную плиту и развернулась к нему, скрестив руки на груди.

— Бека, я не дурочка.

— Никто и не говорит, что ты дурочка.