Книга Мажор для заучки, страница 48 – Ника Черри

Нормальная ночнушка. Ну да, колени прикрыты, зато тёплая. Нежная расцветка, приятный к телу хлопковый материал. Рюши по подолу и на рукавах опять же для красоты имеются. Что не так?

Как это не прельщаю? А до этого что было?

Ну уж нет, хватит с меня оскорблений и пренебрежения! Нам надо серьёзно поговорить!

Почему мне так хочется ударить его чем-нибудь тяжёлым по голове и одновременно поцеловать в губы? Особенно теперь, когда он так близко.

Я слышу размеренное дыхание рядом, чувствую, как проминается матрас под тяжестью его веса при каждом движении, ощущаю аромат чего-то терпкого и мускусного. Смесь пота, туалетной воды и чего-то ещё. И мне дико нравится этот запах, я пытаюсь набить им лёгкие под завязку впрок, делая жадные глубокие вздохи.

Почему все мои мысли только о нём? Это бушующие гормоны вырвались наружу? Всё от того, что он подарил мне первый оргазм? И второй. И я хочу, чтобы и третий был с ним.

Я что, влюбилась? Нет, только не в него! Безумие! Я сошла с ума! Определённо... Свихнулась! И его близость сейчас всё только усугубляет. Я хочу ещё. Я хочу больше. Я хочу его.

— Как насчёт того, чтобы перестать так пыхтеть и дать мне хоть немного поспать? — слышу рядом привычный язвительный комментарий.

— Как насчёт того, чтобы заткнуться и поцеловать меня? — сама поражаюсь собственной смелости.

Но я действительно хочу вновь испытать всё то прекрасное, что между нами было. Пусть это кажется грубым, бесчувственным, неправильным, но запретный плод так сладок. Я всю жизнь была примерной послушной девочкой, могу я хоть раз сделать то, что хочется, а не дОлжно?!

Впервые я полагаюсь на чувства, а не логику. Да, сердце часто оставляет разум в дураках, но сейчас именно оно ведёт меня. И пусть потом я пожалею, но хотя бы эти минуты буду чувствовать себя счастливой.

— Цветочек, не дразни меня понапрасну. — в его голосе звучит, отдаваясь эхом и вибрациями, нотка наигранной угрозы.

Сексуальная нотка.

Даже в таких мелочах он хорош. Это всего лишь слова, упорядоченный набор букв, но эффект они производят, словно самые интимные касания.

— Но я хочу. — сейчас самое время заткнуться, сохранив остатки гордости, но рядом с ним мои мозги превращаются в желеобразную массу.

Он медленно поворачивается ко мне, обречённо вздыхает и заглядывает прямо в глаза, будто ожидает увидеть там тень насмешки или промелькнувшую уловку.

Никакого подвоха, правда хочу.

И ахнуть не успеваю, как оказываюсь подмятой под твёрдое мужское тело. Навалившись всем весом, он вдавливает меня в матрас. Дышать тяжело, но эта тяжесть от чего-то кажется даже приятной.

Приоткрываю рот, чтобы набрать в лёгкие побольше воздуха, и этот жест не остаётся без внимания. Шершавыми подушечками пальцев он водит по моим губам, будто проверяя их на упругость. Чуть оттягивает большим пальцем нижнюю губу и залипает чёрным от похоти взглядом на то, как она мягко пружинит обратно. От чего-то мне кажется, что на месте пальца он сейчас представляет нечто другое, и возможно я даже готова попробовать, но не сейчас.

Максим правильно считал мой испуганный взгляд и, не став настаивать, повёл рукой ниже вдоль шеи, обведя выступающие ключицы, к полусферам груди. Соски тут же напряглись в тугие горошины. Он по-хозяйски сминал нежную плоть, вызывая у меня в груди бурю эмоций. Кто бы мог подумать, что лишь от этого нехитрого действа можно получать колоссальное удовольствие. Или это только у меня она оказалась такой чувствительной?