Книга Бывшая жена, страница 18 – Марика Крамор

— Естественно. Это удобнее всего.

— Подъеду.

Не очень меня прельщает ужин с Берестовским, но я же понимаю, как у нас все делается.

— До встречи.

Ровный спокойный тон.

Говорят, в тихом омуте черти водятся.

Возле ресторана машин на парковке минимум.

Меня встречает администратор, вежливо здоровается.

— У вас сегодня немноголюдно, — замечаю я озираясь.

— Сегодня — да. Резервы на более позднее время, — поясняет с улыбкой девушка.

У нее живой взгляд и две ямочки на щечках. Миловидная.

Мы заходим в ВИП-зону, сокрытую от посторонних глаз.

Освещение хорошее — я сразу обращаю внимание на роскошные люстры и стильные светильники. Комната выполнена в бело-черно-коричневых цветах.

Массивный вытянутый деревянный стол с шестью обитыми кожей стульями кажется некомфортным для двух персон. Музыка тихая, приглушенная. Расслабляющая.

С краю скромненько пристроился Берестовский, листая меню. Завидев меня, он теряет интерес к пухлой папке и поднимается.

— Анастасия Борисовна. Вы пунктуальны, как ни одна женщина, — сдабривает комплимент щедрой улыбкой.

— Рада, что вы цените во мне специалиста, — язвлю тонко. Хотя он, наверное, даже не поймет.

— Как раз это и хотелось бы обсудить. Присаживайтесь.

Отодвигает стул напротив себя. Уже приятно, что не рядом, это было бы слишком… провокационно.

Я заказываю легкий салат и стакан воды. Ровно столько, сколько требуется, чтобы деловой ужин не перерос в неформальную встречу. Берестовский же не настолько сдержан. Он заказывает столько еды, сколько, казалось бы, не осилить и троим.

— Минут пятнадцать ожидания, — сообщает официантка.

— Напитки сразу, — безэмоционально роняет Берестовский, не отводя от меня глаз.

— Анастасия Борисовна. Нам необходим сюжет в стиле «Один рабочий день мэра». Требуется грамотная проработка подачи материала, готовность к придиркам со стороны оппонентов, — тут он хитро прищуривается и растягивает губы в коварной улыбке. — Освещение в массах. В свою очередь с нашей стороны вы получаете доступ в администрацию, возможность присутствовать на плановых и селекторных совещаниях, встречах, выездах в район и заседаниях различного уровня.

— И как я понимаю, значимость заседаний в оговоренные дни останется на уровне города.

Выше меня не допустят.

— Какая великолепная проницательность. Что скажете, Анастасия Борисовна?

Лишние вопросы я держу при себе. Даже просто находиться рядом с Берестовким довольно некомфортно.

Мы обсуждаем идею и начинаем горячо спорить, когда нам приносят салаты. Три тарелки.

— Благодарю, — кивает официантке мужчина и тянется к вилке.

Дверь в помещение распахивается, и входит…

— Добрый вечер.

Неожиданно.

Сухое усталое приветствие кажется неуместным, а появление здесь Ольховского — бестактным.

Новый гость размеренным шагом приближается к нашему столу, мажет по мне незаинтересованным взором, заставляя подумать о мелких букашках, недостойных внимания.

— Я закончил, — объявляет он утомленно, вальяжно отодвигая стул.

— Только что принесли салаты. Сейчас уже будет горячее, — поясняет Берестовский. — Мы с Анастасией Борисовной все обсудили. Она согласна.

Вот вроде бы и слова понятные, но все равно неразборчивый подтекст остался мною неразгаданным.

Ольховский бесстрастно смотрит в мою сторону.

— Здравствуйте, — вырывается у меня. Надо что-то еще сказать, информативно и по делу. — Да, я подготовлюсь к репортажу и…