Книга Кровь Геркулеса, страница 64 – Жасмин Мас

Его доброжелательное выражение лица казалось искренним.

Вот шизик.

— Привет, дебютанты, – радостно повторил он. – Приветствую вас на первом дне испытания. Меня зовут Пайн.

Он воодушевленно похлопал, как будто мы оказались в заложниках посреди холодной пещеры по собственной воле.

Кто-нибудь, расскажите, что за модные спартанские антидепрессанты он принимает? Я тоже хочу.

— Я буду вести занятия по Фагоре. – Он усмехнулся. – Более известной как продвинутая математика, или, как я люблю ее называть, веселье.

Никто не засмеялся.

Он мелом написал свое имя на доске крупными витиеватыми буквами.

— Как и большинство из вас, – сказал Пайн, – я Спартанец-мут. Однако, в отличие от большинства из вас, я родился не в самых лучших обстоятельствах.

Его взгляд окинул комнату, а затем задержался на мне.

Даже не надейся, что мы подружимся только потому, что нас обоих бросили родители.

Пайн быстро отвел взгляд.

— Что ж. – Он хлопнул в ладоши. – Откройте первую страницу вашего учебника. Рассмотрим основы философии и математической этики. На моих занятиях мы будем объединять эти два принципа в великолепные уравнения.

Зашуршали страницы книг.

— Не волнуйтесь, – бодро сказал Пайн. – Я не буду мучить вас обычной скучной математикой без постоянства объекта. Все числа и символы, которые мы будем использовать, будут связаны с реальной этической проблемой.

Любопытно. Неужели нормальный предмет в кое-то веки?

Судя по хмурым взглядам и стонам мальчиков вокруг меня, я оказалась в меньшинстве.

Пайн сразу же приступил к решению уравнения.

Кап. Кап. Кап. Воск отбивал расслабляющий ритм, снаружи доносилась классическая музыка, Пайн рассказывал с приятной интонацией, а я делала многочисленные заметки.

Кажется, все не так уж плохо.

— Алессандр Посейдон, – Пайн прервался и указал на невысокого дебютанта, который сидел у дальней стены. – В чем, как я только что сказал, заключается суть платонизма?

Ворон на его плече склонил голову в сторону, словно тоже ожидая ответа.

Лицо Алессандра побледнело.

— Вы сказали… что это постулат о квадратном корне?

Пайн изогнул бровь, его улыбка померкла.

— Даже не близко.

Он повернулся и кивнул генералу Клеандру, который принялся с ликованием постукивать по маленькому черному устройству, похожему на пейджер.

Ястребиные крылья захлопали от волнения.

Бум.

В облаке дыма посреди комнаты появился высокий мужчина с серыми глазами. К его руке прижимался розовый хорек размером с миниатюрную кошку.

Он телепортировался прямо внутрь горы.

— Ворекс, наследник Дома Посейдона, – обратился к новоприбывшему генерал Клеандр. – Ты наставник Алессандра, верно?

— Да, генерал! – Ворекс поднял ладонь и склонил голову. Его лавровый венок сверкал даже в тени.

Розовый хорек кивнул.

О-о-о, как мило.

Генерал Клеандр уставился на него.

— Ты проведешь дебютантов по их первому маршруту. И посоветуйте своему подопечному быть внимательнее на уроках. Он чертов имбецил.

Не мило.

— Да, генерал!

Ворекс бросил на Алессандра полный ненависти взгляд, обещавший возмездие.

Я вздрогнула, потому что Патро никогда меня не бил – пока.

— ВСТАТЬ! – пророкотал генерал Клеандр. Мы вскочили на ноги. Пронзительно застрекотал ястреб. – Построиться за ним!

Левое ухо разрывалось от боли.

Мы последовали за Ворексом, который трусцой выбежал из комнаты.