Книга Кровь Геркулеса, страница 157 – Жасмин Мас

Я заскулила, когда он приблизился, и инстинктивно зажмурилась, ожидая удара.

Теплые пальцы коснулись подбородка.

Я в страхе приоткрыла глаза.

Харон медленно приподнял мой подбородок, большой палец нежно провел по нижней челюсти. Правой рукой он обхватывал мое лицо, а левой по-прежнему сжимал нож.

Он наклонился ко мне вплотную, остановившись в нескольких сантиметрах от моего рта.

Мои губы приоткрылись.

Странное напряжение растеклось внизу живота, кожа вспыхнула румянцем.

Его дыхание сбилось.

Мозолистый большой палец медленно провел по моей челюсти.

— Алексис, – тихо прошептал он, его пальцы по-прежнему гладили меня с невероятной нежностью, а лицо находилось опасно близко к моему.

— Харон?

— Последнее предупреждение. Если ты еще хоть раз подвергнешь себя подобному риску, – его голос дрожал, – то тебя ждут… последствия.

— Какая тебе разница? – прошептала я. – Ты меня ненавидишь. Мы враги.

Он резко вдохнул.

— Carissima, не провоцируй меня, – его голос звучал злобно, губы почти касались моих. – Пожалуйста, – умолял он.

— Что? – растерянно спросила я.

Пальцы тисками сжали мою челюсть, и я вскрикнула от боли. Его зрачки расширились.

— Какого ЧЕРТА ТЫ НЕ СБЕЖАЛА С ОСТАЛЬНЫМИ ДЕБЮТАНТАМИ? ТЫ РИСКОВАЛА ЖИЗНЬЮ. ГРЕБАНОЙ ЖИЗНЬЮ ХТОНИКА! – прорычал он мне в лицо, и я вздрогнула.

Оцепенение накатило ледяной волной. Он злится из-за того, что я поставила под угрозу будущее моих наставников.

Дыхание перехватило.

— ОТВЕЧАЙ, – рявкнул он.

Оба запястья пронзило фантомной болью.

Мерцающие зеленые огоньки. Кулаки. Веревки. Боль. Мать, кричащая мне в лицо.

Мышечная память взяла верх.

Я застыла.

Правила выживания во время избиения: не двигайся и минимизируй ущерб. Не жалуйся. Не вздрагивай. Не реагируй. Страдай молча.

Пространство схлопнулось, словно я смотрела со стороны.

Зрение затуманилось.

Чувства отключились.

— Дыши через нос, – успокаивающе прошептала Никс. – Он в тюрьме, а она мертва. Ты в безопасности, дитя. Обещаю.

Светло-голубые глаза расширились от удивления и уставились в мои.

Паралич сковал конечности. Я не могла пошевелиться, не могла дышать, не могла чувствовать. Ничего.

Харон попятился.

Он выронил нож, тихо выругался и резко схватил себя руками за голову.

— Черт! – завыл он, судорожно провел по волосам и посмотрел на меня. – Я не хотел… Прости, ты… Ты в порядке? Алексис?

Я попыталась заговорить, но губы не слушались.

Харон выругался. С каждой секундой он выглядел все обреченнее.

Он уставился на изуродованного Титана.

— Мне нужно отнести его в подземный мир. НЕТ, – крикнул он и снова повернулся ко мне. – Мне нужно увести тебя отсюда… Мне нужно увести тебя в безопасное место. Ты ранена. ДЕРЬМО.

Конечности закостенели. Паралич усиливался.

— Мне нужно отвезти тебя обратно в академию. Он знает, что делать, – голос Харона звучал глуше обычного, а в глазах отражалась мука. – Могу я… – Он медленно потянулся ко мне. – Могу я прикоснуться к тебе? Просто чтобы мы смогли телепортироваться.

Я отрывисто кивнула.

Осторожно, словно я могла разбиться, он обхватил мое предплечье.

— Идите сюда, ребята, – сказал он. Кому?

Мир взорвался.

Я почти не заметила.

Муза вскрикнула, столкнувшись с нами. Потрескивал огонь в каминах. Свечи подрагивали в туманной полутьме.

Вокруг нас клубился дым.