Книга Кровь Геркулеса, страница 145 – Жасмин Мас

Я вскинула голову.

— Что с ним случилось? Кто это сделал?

Они уже знали, что Орон мертв.

Я получила части его тела в коробке. Помогите.

Язык жгло от желания рассказать о своей находке, но я слишком мало знала о Спарте. Подземный мир казался слишком жутким местом. Что, если бы во всем обвинили меня и выслали?

Дрекс озадаченно нахмурил брови:

— Его? Нет, все говорят о той женщине-сирене, которая умерла после того, как тебя вынесли.

Оцепенение переросло в сокрушительную лавину.

— Все думают, что ее отравили, – Дрекс поморщился. – Возможно, это сделала другая сирена. Все-таки они враждуют между собой. Или Спартанец, а может быть, Хтоник. Все знают, что они нападали на других Спартанцев. Может, они пытались отравить Олимпийца и случайно убили ее.

Я отшатнулась, впечаталась спиной в книжный шкаф и рухнула на пол.

Глаза Дрекса расширились от удивления, и он протянул мне руку.

Я не приняла ее.

— Прости, – поспешно сказал он. – Мне не стоило рассказывать. Но это не твоя вина. Даже если бы Август не забрал тебя, они, вероятно, сорвались бы и убили ее позже. Хтоникам не нужны причины.

Я поднялась на ноги, жадно глотая воздух.

Единственными Хтониками на симпозиуме были мои наставники, Август и Харон. Я не видела, чтобы они ее убивали.

Когда я наконец обрела способность говорить, я прошептала:

— Почему ты так говоришь, хотя сам Хт-тоник?

Дрекс отшатнулся.

— А вот и нет.

— Я видела тебя… во время Бойни, – прошептала я.

Он побледнел.

— О чем ты говоришь? Я ничего не делал.

Почему он лжет?

Дрекс наклонился ближе и заговорщически прошептал:

— Никому не говори, но моя способность – выносливость. Когда я чувствую эйфорию, я впадаю в состояние транса. Я могу пробежать несколько миль… Это безумие. – Он ухмыльнулся, явно гордый своим даром.

Тогда кто же убил тех трех мальчиков во время Бойни?

Могу поклясться, что он вытянул руку, а глаза светились красным в странном тумане.

Рядом зашептались странные голоса, и волосы на моей шее встали дыбом.

— Ты слышишь это? – я указала в сторону звука.

— Что слышу? – спросил Дрекс.

Голоса стали громче.

— Вот, слышишь? Голос, – снова махнула рукой я.

Дрекс посмотрел в ту сторону.

— Я вообще ничего не слышу, – сказал он. – Ничего.

Моя рука опустилась.

Как долго я уже схожу с ума?

Вокруг меня все рушилось, и ничто не имело смысла.

Может, у меня опухоль мозга? Разве у женщин до двадцати шести не больше шансов заработать шизофрению? Неужели от побоев пострадали не только глаза и уши? Неужели мне повредили еще и мозг?

— Не бери в голову, – прошептала я Дрексу.

— Ты хорошо себя чувствуешь? – спросил он, потянувшись ко мне. – Ты очень бледная.

Я отпрянула к книжной полке, чтобы избежать его прикосновения.

Дрекс поднял руки в знак капитуляции.

— Постарайся сделать несколько глубоких вдохов. Все будет хорошо, – ласково сказал он. – Я знаю, что в последнее время тебе было нелегко. Еще и Август устроил сцену. Но, возможно, он забудет об этом через день или два.

Дрекс посмотрел на меня сверху вниз, и я поняла, что он ждет от меня каких-то действий.

Я кивнула ему.

— Да, – солгала я. – Уверена, так и будет.

Поднявшись на ноги, я постаралась выглядеть нормально, словно моя душа не осыпалась осколками к ногам.

— Ты можешь немного позаниматься со мной перед уроком? – с надеждой спросил Дрекс.