Книга Джекпот для миллиардера. Создана для тебя, страница 127 – Вирсавия Вайс

Из последних сил набираю Маринку и хриплю:

— Скорую, Мариш, скорую.

Ее крики уже вязнут в отключающемся сознании.

Голос грубый, сильный, металлический, но такой узнаваемый.

— Катя! Твою, сука, мать! Ты где? Катя! Катя! Катя!

Уфф! Полет трансовый, бесконечный, в пропасть. Боль в руке. Ещё раз, ещё. А потом тишина и изолиния. Просто тупая смешная изолиния. И пиканье, переходящее в унылый писк на одной ноте. Метроном встал. Занавес.

Тот самый момент, как наяву. Аэропорт, он в VIP-зоне.

— Александр Игоревич, открыли коридор. Вы можете пройти на посадку. — Девушка мило улыбнулась и облизнула губы.

— Благодарю, — резко бросил Алекс.

Она стоит и ждет. Чего?

— Вы что-то хотели?

Она сверкнула глазами и протянула свою визитку.

— Если вам нужна будет стюардесса на борт, вы всегда можете со мной связаться. — Она бросила откровенный взгляд на его пах.

— Ничем не могу быть вам полезен в этом вопросе, как, впрочем, и в остальных. — Ледяным тоном ответил он.

— Но всё же.

Визитка буквально проскальзывает в карман брюк вместе с её рукой.

Ему показалось, или он почувствовал легкий укол?

Укол! Укол! Вот оно.

С той самой секунды всё полетело в тартарары!

Именно тогда его и накачали.

Мозг плавится от дикого желания. Ему кажется, что его сейчас просто тупо разорвет. Но при этом единственное, что у него шевелится, это вздыбленное естество, над которым колдует бывшая жена.

Язык, как восьмидесятая наждачка, царапает небо, губы, еле шевелится.

— Сука, отвали.

— Мой мальчик проснулся! — Она поднимает голову, облизывается и наклоняется к нему, впиваясь в его губы. Алекс чувствует на них свой собственный вкус. Крышу начинает сносить. Он рычит, отвечая на поцелуй.

Она победно улыбается. Наклоняется к уху.

— Ты это слышишь? — шепчет она, обрывая слова. — Слышишь? Как рушатся хрустальные замки твоей принцессы? Как твоя счастливая жизнь несется под откос? Я говорила тебе тогда: развода не будет. Ты не слышал. Зато сейчас ты его получишь!

Он с ненавистью смотрит в эти ледяные глаза и ни черта не может с собой сделать. Животное желание закладывает уши, вымораживает мозг.

— Ты хочешь меня? — шепчет она, опуская руку вниз, обхватывая его. — Скажи. Скажи!

В голове рвутся красные нити. Он стонет, пытаясь выбраться на поверхность. Бесполезно.

Тело горит. Если она сейчас ничего не сделает, он просто сдохнет от неудовлетворённости.

— Да. — Проклиная всё на свете, хрипит он.

— Громче, милый! Скажи так, чтобы весь мир услышал.

Наркота бурлит в венах, подчиняя себе сознание. Он не слышит ничего, кроме неё.

— Ну же, малыш, давай, и я сделаю тебе хорошо. — Стонет Ларка.

— Да!

— Молодец, Савицкий, — ухмыляется она. — Прижимается к нему губами, и он чувствует её язык, протискивающийся между его зубами.

А потом она опускается на него, втягивает в себя. Гонка начинается. Тело всё помнит, и мозг тут не нужен. Раз за разом в режиме нон-стоп, фонтанируя в неё, извергаясь с силой вулкана. В какой-то момент картинка размылась, и он увидел её. Катя! Катюша! Собрав все силы, он постарался ухватиться за неё, прижать к себе. Проведя рукой по её груди, он прошептал:

— Я люблю тебя.

И смех! Грубый, хриплый, грудной.

— Давай, Савицкий! Давай! Добей её!

* * *

Еле разлепил глаза. Башка не трещит, она взрывается от боли. Собирает мысли в кучку. Тело ломит. В нос ударяет запах секса, кислый, мускусный, как протухший сыр. Пытается вспомнить последний день. Чёрная дыра. Попытался встать. Ощущения, будто побывал под асфальтоукладчиком. Тело всё трясется крупной дрожью. Еле поднялся. Сел, потряс головой, тут же взорвались мириады болезненных молний. К горлу подкатило чувство тошноты, еле успел наклониться. Вывернуло. Ещё раз и ещё. Оглядел комнату мутными глазами. Зашкварный отель. Господи, понять бы хоть, где он?