Книга Если ты вернёшься, страница 2 – Вирсавия Вайс

— Отойдите! Дайте нам её осмотреть! Давайте я помогу.

Мужчина встаёт и тут же стонет.

— Да вы же ранены! — Незнакомый высокий голос. — Катя! У нас проникающее ранение! Окажите мужчине помощь, забирайте его в машину и вызывайте ещё одну бригаду.

Надо мной склоняется мужчина в синей фирменной куртке с надписью «СКОРАЯ ПОМОЩЬ» и изображением креста.

— Как вы себя чувствуете, где болит? — Буднично-сочувствующим тоном интересуется он.

— Все хорошо, нигде не болит! — Я зло отталкиваю его руку и пытаюсь встать. — Мне нужно к мужу! Отпустите! — Уже кричу я, пытаясь встать.

— Вашему мужу оказывают уже помощь, рана, конечно, серьёзная, но до свадьбы заживёт! — Хохмит он.

Я кидаю на него разъярённый взгляд и кричу:

— Мой муж там! - показываю в сторону горящего внедорожника. - Помогите ему, пожалуйста!

— Андрей! - врач резко хватает меня за обе руки и, слегка повернув голову, кричит своему помощнику: - Два кубика аминаза! Тут у нас реактивка! Шевели, сука, задницей, пока я её держу, вмазывай!

Я начинаю вырываться, пытаюсь ударить мужчину коленом в пах, рычу как животное и царапаю его руки до тех пор, пока в моё предплечье не впивается игла, и я просто оседаю в черную грязь. Последними словами, вгрызающимися в мой мозг, была фраза:

— Водитель готов. Труп.

Я кричу! Кричу, что есть сил, проваливаясь в пустоту.

* * *

— Ну что ж, голубушка, вы нас изрядно напугали.

Надо мной склоняется до боли знакомый мне врач, но я абсолютно не помню, как его зовут.

— Два дня пролежали в коматозном состоянии. Но сейчас ваше состояние стабилизировалось. Беременность мы сохранили, но, честно говоря, на вашем месте…

— Вы не на месте моей жены, Фёдор Михайлович! - голос ледяной, режущий. - И, надеюсь, вы не склоняли её к аборту! Я вам уже сказал, что как отец и муж имею право решать все вопросы касательно здоровья и моей жены, и нашего не рождённого ребёнка. Все нужные документы я подписал.

— Даже в мыслях не было. - побелел врач. - Я имел в виду, что нужно быть более аккуратной и избегать стрессовых ситуаций и эмоциональных переживаний. Больше беречь и себя, и ребёнка.

— Она обязательно примет это к сведению, Фёдор Михайлович.

Он прошел и сел на стул около кровати. Его рука накрыла мою ладонь.

— Вы закончили осмотр, доктор?

— Да, конечно. Сейчас внесу необходимые изменения в карту и оставлю вас.

Он смотрит на меня, и в его взгляде нет ни осуждения, ни злости. Он не может не знать, это же очевидно. Его тут не было, когда…

По щекам потекли слёзы, горло свело спазмом.

В палате повисла тишина, которая давит, уничтожает меня.

— Оленька, всё будет… - он замолкает и просто сжимает мою руку.

Потому что хорошо не будет, во всяком случае сейчас.

Март 2023 г.

Тагир открыл глаза, услышав трель будильника. Глянув на часы, он застонал и, отключив айфон, повернулся на бок. Ольга спала, свернувшись калачиком и положив руку под голову. Осторожно привстав, он провел рукой по линии скулы, шее и спустился вниз, обхватывая тяжелую грудь, отчего сосок сразу сжался в тугой камушек. Его пальцы сдавили его и слегка оттянули. Жена вздрогнула, тихо застонала, выгнула спину и повернулась к нему.

— Доброе утро, родная. - тихо сказал он, целуя её в губы. - Я вчера так и не поздравил тебя с защитой диссертации. Подожди.