Книга На цепи, страница 32 – Анна Жнец

— Я хочу, чтобы он получил сто ударов кнутом! — заявила Кефая, размазывая по щекам слезы.

Купальщики вдоль стен в ужасе ахнули. За моей спиной Флой с шумом втянул ноздрями воздух.

— Сумасшедшая, — глухо прошептал он.

— Это очень суровое наказание, госпожа, — пробормотал управляющий. — Не уверен, что раб его выдержит. Эльфийская падаль быстро очухивается, но сто ударов… Это же не спина будет, а кровавое месиво. Как он станет работать? Кто будет его выхаживать, чтоб не подох? А если останутся шрамы? Это мужчин шрамы украшают, а он не мужчина — эльфийская подстилка.

И с чувством гадливости управляющий пнул зеленоглазого купальщика ногой по ребрам. Несчастный даже не простонал от боли, только чуть крепче стиснул зубы — видимо, привык к подобному обращению. А потом он посмотрел на меня. С мольбой. И от его взгляда душу порвало в клочья.

— Сто ударов! — настаивала Кефая. — Иначе я пожалуюсь вождю.

Управляющий растерянно заморгал, не зная, что делать, как успокоить разгневанную женщину.

— Кефая, одумайся. — Меня трясло. Во рту стало горько от поднявшейся желчи. Сзади шумно дышал Флой, спиной я чувствовала его напряжение и очень боялась, что он не удержит язык за зубами.

«Молчи, пожалуйста, молчи. Не вмешивайся».

— Да, Кефая, не надо с ним так сурово, — неожиданно меня поддержала Аза. — Ничего страшного он не сделал.

— Ничего страшного? — взвилась подруга. Эхо подхватило ее крик и несколько раз повторило его под высоким куполом над нашими головами. — Да он меня чуть не ослепил!

— И он за это получит! — Палка в руке работорговца взлетела вверх и с глухим стуком обрушилась на спину стоявшего на коленях невольника. Несчастный рухнул вперед, локтями на пол, и повернул ко мне голову, чтобы заглянуть в глаза и тихо, с надрывом прошептать:

— Прошу, умоляю, я так устал от боли.

Палка снова и снова опускалась на его многострадальную спину. Получая удары, эльф смотрел на меня. Сжимал зубы, чтобы не кричать, содрогался, когда тяжелая дубина ломала ему хребет, и смотрел, смотрел, смотрел, выворачивая мне душу наизнанку. Не отводил взгляда.

— Стойте! — не выдержала я. — Не надо. Я его куплю. Продайте мне его.

Услышав мои слова, провинившийся купальщик прикрыл веки и с облегченным вздохом позволил себе распластаться на полу. Хозяин еще несколько раз стукнул его палкой, но раб больше не реагировал. Его избивали, а он, обмякший, лежал у чужих ног и блаженно улыбался.

Добился-таки своего.

— Ты не можешь! — возмутилась Кефая. — Он должен получить наказание. Сто ударов кнутом.

— Продано! — торопливо воскликнул торговец, даже не обозначив цену.

Похоже, решил, что это наилучший выход. Проще избавиться от ушастой проблемы, чем ругаться с бешеной женщиной, жаждущей крови, или калечить раба, за которого когда-то выложил немалую сумму. В водянистых глазах управляющего я отчетливо прочитала: «Забирай. Теперь это твоя головная боль, а не моя».

Кефая, грязная от песка, повернулась ко мне в бешенстве.

Тяжелая горячая рука коснулась моей спины, и рядом с ухом раздался напряженный шепот Флоя: «Только не говори, что на самом деле собралась его купить».

— Бумаги еще не подписаны, деньги не заплачены, ты все еще можешь передумать… госпожа, — последнее слово Флой выдавил из себя насилу, будто уронил тяжелый камень.