Книга На цепи, страница 15 – Анна Жнец

— Кто тебя так? — глухо выдавил из себя эльф.

— Тот, кто больше никогда не поднимет руку на женщину, — я натянула платье обратно на плечи.

— Давай еще раз повторим, что тебе надо сделать.

Мама вложила мне в руки маленький флакон с выжимкой из арах-травы. В наших местах это растение можно было купить только на черном рынке за большие деньги. Мужчины знали об особых свойствах араха и ненавидели его всей душой. Он отнимал у них власть над женским телом.

— В первую брачную ночь жена по традиции готовит для мужа чай, и только потом они опускаются на постель.

Мои руки тряслись. Я сжала одну ладонь другой, чтобы унять эту нервную дрожь, но дрожали не только руки — голос, колени, душа, запертая в сосуде из смертной плоти. Запястье холодил браслет, запирающий магию внутри. По законам нашего клана такой носили все одаренные незамужние девушки с восемнадцати лет. Снять браслет самой было нельзя — только с помощью жрецов после первой близости с супругом.

— Выжимка из араха не имеет ни вкуса, ни запаха, — темные глаза матери лихорадочно блестели на бледном, как полотно, лице. За ночь на ее лбу появились новые морщины, а в темной гриве на голове прибавилось серебристых нитей. — Он не поймет, что это ты его опоила. Он стар. В его возрасте такое с мужчинами случается часто.

— А если все же поймет?

Бой сердца оглушал. Я неосознанно коснулась потайного кармашка, пришитого к нижней юбке.

— Не поймет! — грубо отрезала мать и тут же улыбнулась, пытаясь смягчить свой тон. — Он расстроится. Возможно, разозлится, потому что почувствует себя униженным. Но ты будь ласковой, кроткой. Не смотри ему в глаза, не утешай. Скажи, что церемония в храме сильно тебя утомила и ты будешь благодарна, если вы завершите ритуал утром.

— И он согласится? — Стекло флакона нагрелось от тепла моих рук. Я очень боялась, что во время свадьбы бутылочка с запрещенной жидкостью каким-то образом выпадет из внутреннего кармашка на моей юбке и разобьется о каменные плиты пола. Тогда все поймут, что мы с матерью задумали.

— Сколько бы он ни пытался, этой ночью у него ничего не получится. Мужчинам унизительно признавать свою немощь, а твои слова об усталости позволят ему избежать позора. Лучше притвориться, что благородно разрешаешь молодой жене отдохнуть, чем снова и снова терпеть поражение на супружеском ложе.

— Но ведь утром сила арах-травы растает, и тогда…

Сердце сжалось. Я представила, как ложусь в постель с морщинистым стариком, чья кожа свисает с лица дряблыми складками, и как он тянется ко мне за поцелуем, а из его рта воняет гнилыми зубами. Впрочем, не это было самым страшным. Негодяй Ваиль хотел не только моего свежего тела. Как и все мужчины Альеры, больше всего на свете он жаждал присвоить себе магию жены. Украв мою невинность, он оставит меня бездарной пустышкой. Я больше никогда не почувствую в руках упоительную мощь Огня и Воздуха.

— Мы что-нибудь придумаем, — тихо сказала мать, с жалостью погладив меня по плечу.

* * *

Некоторые люди к старости усыхают до скелетов, обтянутых кожей, а иные раздаются вширь и тонут в бултыхающихся складках сала. Мой муж относился к числу последних. Он был омерзителен на вид, но ко всему прочему еще и пугающе силен. Его жирные руки могли переломить меня пополам, как сухую ветку.