Книга Научи меня плохому, страница 58 – Анель Ромазова

— Кто?

— Папина правая рука. Андрей. Он всего на десять лет меня старше. Я что только не пробовала. Ничего его не берёт. Мы даже спали в одной постели, когда я к нему пьяненькая завалилась отношения выяснять. Он не возбудился, Вась, совсем, а я лежала голая и ласкала себя при нём. Я в отчаянии… просто на стену готова лезть, — признаётся совсем тихо.

Мне её жаль.

— Он, скорее всего, не твой человек. Иногда не надо из штанов выпрыгивать. Всё равно ничего не получится, — поднимаюсь, бросая картонный стаканчик в мусорку. Даже ободряюще улыбаюсь Милене. Он мне открылась. Пользоваться и осуждать я не стану, не той породы.

— Тебе не надо, а мне надо. Ирискина, если ты меня натаскаешь, и оно сработает. Я тебе мини Купер подарю. И я не пытаюсь с тобой подружиться, — мне так заходит её честность, что ещё шире лыблюсь.

— Если оно сработает, в чём я не уверена. За тобой останется должок, — отмахиваюсь от взятки, разворачиваюсь к лифтам, и улыбка на моём лице стынет, как приклеенная от уха до уха.

Сердце капитально разгоняется, танцуя румбу. Резник стремительно сокращает расстояние, между нами. Проходит всего полсекунды. От них ни холодно ни жарко. Мысли в спешке ретируются прочь.

Зато Макар подходит. Нижнюю часть тела разбивает электричеством. Он ведь кидает ладони на поясницу, втискивая в свой железоподобный корпус. На таран идёт, здороваясь своеобразным способом, смяв мои губы с шокирующей наглостью. К такому я не привыкла и потому бездействую. Не отталкиваю, а просто пытаюсь устоять, положив руки широкую на грудь.

Целоваться с Резником — блаженство, но оно объективно земное. Приземлённое. Физиология преобладает над чувствами, которых между нами нет.

Потребности берут своё.

Мы целуемся, не отрываясь от земли, как бы мне этого не хотелось. Именно мы, а не он один вкладывается в процесс, и я стою, как истукан.

Его язык влажный и уверенный недолго задерживается на моих губах. К слову, так и не сомкнувшимся после опешившей улыбки.

По краю сознания мелькает непрошеная мысль, что в эту случайную улыбку меня не просто целуют. Меня в неё открыто поимели.

По-животному. Со вкусом. Дразнят.

На ласку это мало похоже. Скорее страстный штурм, захвативший врасплох и вынуждающий подчиняться.

Макар с довольством воспринимает мою первостепенную реакцию. Дать его губам и языку полную волю над моим ртом.

Сексуально. Очень.

Притом, при всём он исполняет, наверно, несбыточную мечту миллиона таких же зажатых в скорлупе занудных дев, как и я. Прикольная иллюзия, увлечь брутального самца, чем-то неосязаемым.

Но я же не дурочка из отшибленного переулочка, верить собственным фантазиям, когда пребываю не в своём уме. То есть совсем с умом не в ладах, поддавшись своему инстинкту и его харизме завоевателя.

Он может целовать любую. Целует почему-то меня.

Кажется, что он своими губами растирает мои, снимая с них покров и оставляя острую чувствительность. На слизистой Макара больше. Он вкусом ярче. К своему я привыкла, а его совсем другой. Не могу разобрать какой, кроме того, что мне слишком нравится соприкасаться и насыщаться. И язык его, орудуя меня во рту, выбивает из дёсен огненную крошку. Непроизвольно сглатываю и искрящая масса, валится вовнутрь заражая весь-весь организм.