Книга Это развод, мой герцог!, страница 69 – Наталья Варварова

Сегодня ее юбка оказалась ещё уже. Клятье, да у нее видны колени в тонких чулках телесного цвета. Теперь понятно, почему Круст мгновенно засахарился и растекся, как ягодная нуга.

Я подняла взгляд выше. Под обтягивающей блузкой, на этот раз без жабо и рюшечек, заметны очертания корсетного лифа… Сразу потянуло на философию... Почему одной можно хоть голой на улицу выйти — и все равно она недоступная леди? А другую, как ни наряди, из-под шелков выглядывала троллиха.

Тут тоже были свои плюсы. Мужчины, может, и раздевали меня взглядом и даже в скромных платьях принимали за даму полусвета, но только я делила их на доступных и недоступных. Кого-то уложила бы ударом кулака, против другого понадобилось бы применить дубинку — и только затем тащить добычу в пещеру.

Утонченная леди из меня не выйдет. Никогда. Однако Виттен не отводил глаз. Как он, с его аппетитами, до сих пор контролировал себя рядом с адвокатшей?

Если бы не чутье, которое утверждало, что его последней женщиной была Лючия, то я бы настаивала, что герцог и Веренея делали это по дороге к храму и несколько раз… Только возникал другой вопрос: какая мне разница?

Сумасшедшие глаза Виттена доказывали, что про нас с Деусом он думал то же самое. Причем без остановки.

— Их Светлость тяжело переживает, что рядом с его супругой постоянно находится такой демон, как мистер Деус, — озвучила мои мысли Веренея. — Фактически, речь идет о перманентном состоянии аффекта. Герцог отлучен от собственной семьи. Я направила обращение к судье Петреусу со ссылкой на медицинские заключения. Поэтому на такие незначительные мелочи, как текущий инцидент, не обращаем внимания. Мы это согласовали.

— Вот и ответ на вопрос, Виттен. Вот кто у нас привлекает экспертов. Я не стал бы порочить свою клиентку. Нашей стороне твои рога ни к чему. Но, видимо, адвокат решила, что это дело выиграет тот, кого сочтут жертвой. А кто может быть более жалким, чем обманутый муж?

Веренея чуть приподнялась над полом. На миг показалось, что сейчас она расправит крылья. И либо улетит, либо возьмется за мечи и настрогает нас соломкой.

— Ее Светлость не хранила верность мужу. И, разумеется, это будет приобщено к делу.

Она развернулась и направилась в сторону амфитеатра оставив за собой последнее слово. Деус и Маркус так и стояли друг против друга. На герцога страшно было смотреть.

— Ты бы разобрался с собственным адвокатом, дружище. Даже полный придурок заслуживает сочувствия, когда он в такой глубокой… яме. Хоть раз в жизни поступи, как джентльмен. Подтверди все требования жены, рассчитайся с Веренеей и отправляйся на все четыре стороны. Или попробуй заново.

Выражение Виттена стало совсем не читаемым. Впрочем, он из принципа не согласился бы с Деусом ни в одном слове.

— У меня к тебе встречное предложение. Давай перенесем заседание и встретимся на холме за городом.

Деус только хмыкнул. Даже без издевки.

— Я сожалею. Пока идет это дело и я адвокат герцогини, поединок между нами невозможен. После — я целиком к твоим услугам.

— Да что вы оба несете? Если нападать на адвокатов за то, что они адвокаты… Мне по такой логике надо перебить Веренее позвоночник, а кому-то из нас, уже позже, прикончить судью. Это хуже, чем дикость.

Вельзевул продолжал разглядывать меня потемневшими глазами. Ну, да. Он с самого начала был против этой затеи.