Книга Это развод, мой герцог!, страница 31 – Наталья Варварова

Камень отличался не только красотой, но и потрясающей способностью передавать звук. Его мне подарил Маркус через два года после свадьбы, когда ему потребовалось загладить очередную провинность.

Фокус заключался в том, что я надевала украшение в оперу, которую благодаря Виттену я полюбила тоже. А после, приходя домой, могла прослушать ее еще раз. Звук отражался от зеркал, стекол и даже от полированной поверхности низких нефритовых столиков.

Позже мы с Беррион догадались купить россыпь мелких розовых турмалинов и подвесить их на серебряные нити высоко над детской кроваткой. Они позволяло слушать, проснулся ребенок или еще нет.

— Носите его на каждую встречу с мужем. Эту запись я перекинул на артефакт памяти, однако сама по себе в суде она нам не поможет. Здесь нет никакой конкретики. Он даже не говорит, что отберет у вас ребенка — требование полной опеки герцог как раз в праве выставить — или что сын не устраивает его по каким-то признакам. Здесь мы могли бы давить на то, что папаша станет его унижать.

Я отодвинула блюдце, так и не прикоснувшись к ажурному печенью с легкой кремовой начинкой. Травяной чай показался сильно разбавленным и остыл почти мгновенно.

— Вы сможете присутствовать вечером? Мне было бы спокойнее, если бы вы оценили ситуацию, — постаралась убрать из голоса просительные нотки. Я привыкла, что у демонов нельзя просить. Можно только требовать. — Нас вдвоем вы уже видели. Сегодня состоится его первая встреча с сыном.

Деус — весьма занятой законник. Я не знала, имелся ли у него титул, существовала ли семья, однако не сомневалась, что вел он одновременно несколько дел. Не все из них попадали в публичное поле.

Мы познакомились, когда он взялся отстаивать интересы фонда в имущественном споре. Вдова отписала нам здание, в котором разместилась тогда еще первый швейный цех. После ее смерти наследники потребовали вернуть дом. Их не смущало, что многие годы он стоял заброшенным, и наши активисты привели его в порядок и сделали ремонт на собственные средства…

О том деле я могла бы вспоминать еще долго. Деус тогда не стал афишировать свою помощь, объяснив это тем, что замешаны первые семьи Бездны. Он помог собрать документы, подготовить мотивационную часть, консультировал перед каждым заседанием — и не взял за это ни монетки.

Сейчас я платила ему гонорар по тройной ставке — если сравнивать с тем, который брали его коллеги. И странным образом это меня успокаивало, так как переводило наши отношения в сугубо деловое русло. За такие деньги я рассчитывала на его максимальную вовлеченность и корректное поведение.

С последним проблем пока не возникало. Однако в ходе этого процесса неминуемо всплывут подробности личного характера. Я должна была довериться ему практически как собственному врачу.

И, да, далеко не каждый адвокат согласился бы выступить против Вельзевула в суде.

— Конечно, леди Церингерен. Как только вы сообщили о планах супруга, я освободил этот вечер для вас… Вижу, вы не решаетесь спросить о некоторых щекотливых моментах. Во-первых, в изоляторе вы держались превосходно. Ни одного намека на флирт, приглашение или даже согласие в ответ на его очевидные домогательства. Это не принимая во внимание, что он, очевидно, давил. Использовал чары, вызывающие влечение, и животный магнетизм. Учитывая особенности обеих рас, то вы, герцогиня, — не хрупкая леди, а просто каменный монолит.