Книга Служанка в доме на Краю, страница 87 – Наталья Варварова

Следующие события пронеслись так стремительно, что я повторила бы их последовательность, только если бы наблюдала со стороны.

Между мной и стоящим на четвереньках Вильямом вырос Деус. Одним ударом он отбросил конюха к противоположной стене, не обращая внимания, что огонь вокруг того занялся с новой силой. Взмахом руки успокоил Бланко, все еще продолжающего неистовствовать на своем месте. Для этого демон скрутил и погасил ограничительную печать, висевшую напротив морды коня прямо в воздухе. А я, например, ее и не видела.

Вот что помешало красавцу-коню прийти мне на помощь сразу же. Вот почему его ржание доходило до нас будто издалека.

Я же отреагировала на Деуса мгновенно и строго определенно. Во рту появился отвратительный привкус, голова налилась свинцом. И, что хуже всего, замутило с новой силой… Но если потерять сознание сразу же, то тошнота отступит, подсказал то ли мозг, то ли позвоночник.

Кулем свалилась в протянутые ко мне руки, преобразившись из королевы пустыни в едва дышащую горничную.

— Элизабет… Где наша девочка, ее нашли? — все-таки пролепетала я, прежде чем отключиться.

— Мама, я женюсь на нем. У него красивые сапоги и ровные чистые ногти.

— Девочка на мальчике не женится, а выходит замуж. Чтобы муж о ней заботился.

— А я женюсь. Он не такой мерзкий, как остальные. Спрашивал, есть ли на поляне и в лесу травки, что пригодятся его лошадям. Описывал свойства, какие нужны. Видно, что голова работает нормально. Починит нам забор. Выкорчует тот дальний участок.

— Эх, лапушка. Это сейчас он тебе мил. Ты в этом уголку сидишь и жизни не видела. Вильнешь хвостом, заберешь другого. Того, кто приглянется куда сильнее. А он так и останется по доступным подолам бегать.

… Мама как будто смотрела в будущее. Вернее, старая Луторья, что была со мной и любящей, и понимающей. И всегда рядом, пока не померла… Вильям в детстве казался таким большим и надежным. Когда тебя десять, то статный и опрятный пятнадцатилетний парень — это целый принц, а коней у него… Выбирай любого.

Это потом оказалось, что молодой конюх живет по заученному шаблону, движим непомерным самомнением и силен тем, что вообразил себя лучше других.

Это не отменяло того, что после матушки он был для меня вторым человеком. До тех пор, пока он не перестал слышать слово «нет».

— Кара миа, ты как? Проспала дневную и вечернюю трапезу. Ты у меня совсем исхудаешь, — надо мной склонился Его Сиятельство, демон Бездны.

Попробовала сфокусировать на нем взгляд, но что-то мешало. Тело неравномерно горело жаром. То вся тяжесть уходила в голову, и я могла лишь стонать, стиснув зубы, — то наваливалась в правый или левый бок, а оттуда перетекала в ноги. Все это вызывало ужасную муть в сознании.

Надо скинуть одеяло — кстати, похожее на каменную плиту — ощупать себя, ссыпать прочь этот лишний песок. Подняться, пойти, взмахнут руками, взлететь. Я же по сути своей такая легкая… Чем они на самом деле набили мое нутро, почему я стала, словно мешок? Такой тюк двое мужиков еще не сразу поднимут на телегу.

Встать… Как же мне встать. Но я лишь замахала руками, чтобы отогнать целый рой жалящих ос, которые пикировали в лицо, пытаясь добраться до глаз… Важное. Нечто важное я упустила. И это не Вильям.

— У тебя бред, Кара, — со вздохом признал Деус. — Элизабет переживает, но я уложил ее спать немного раньше времени. Тебе тоже лучше поспать еще.