Книга Служанка в доме на Краю, страница 135 – Наталья Варварова

— Беги, Арахай, чего ты ждешь. Нельзя дарить ему ни капли. Сила выходит из тебя. Передай ее туда, куда должно. Пускай недра вернут то, что забрал огонь. Ты все это знаешь. И береги нашу Нахару. За меня и за всех, кто был до меня.

Ее слова звучали у меня в голове. Но последние — уже когда я выскочила на террасу. Миновав еще несколько пролетов, я устремилась по ступенькам вниз. Далеко уйти я не могла. Кулем осела на землю, на подстриженный колючий газон.

Энергия, действительно, изливалась прочь. Это даже не больно. Скорее, необычно. Как малюсенькую шестеренку меня прокручивало бессчетное количество раз. Я стала частью чего-то необъятного.

Этот обмен зародился еще в юные времена, когда земля вскармливала бесов, а род потом возвращал ей то, что удалось собрать. Да, пустынники, до сих пор вынужденные скрываться, рассеянные от Бездны и до самых Чертогов, сейчас отдавали энергию обратно, в свою колыбель.

И я видела причину аномалии. Устранить ее довольно просто. Достаточно лишь передать Пустыне то, что ей принадлежало.

С рождения я была ключом к сырой энергии, к ее запасам, отведенным на эту реальность. Палач умудрился привязать к ним нить силы, что собирал его род. Он превратил меня в бездонный накопитель… Но Пустыне столько не нужно. И никому столько не нужно. Все возвращалось на круги своя.

Земля забирала ровно необходимое. Мои перекрученные потоки распрямлялись и принимали естественную конфигурацию. Блоки растворялись. Я больше не имела доступа туда, куда не совались живые существа. Мне стало так спокойно и ласково. Я всего лишь Арахай, тварь Пустыни, дочь Эрхайри и мать Нахары. Смерть, предупреждающая о своем приближении стрекотом хвоста. Мне не нужно чужое, но и свое я не отдам.

Где-то недалеко выл Палач. То ли моя мать все-таки его достала, то ли сообразил, что миры ему не достанутся. Не влезут в карман.

Я лежала под тисовыми кустами, свернувшись в клубок, и млела от остаточных потоков энергии, все еще проходящих сквозь меня. Пространство пошло рябью, и его разорвала тень, сотканная из огня и мрака.

Все-таки протодемон так похож на демиурга, что и не отличить. Деус склонился надо мной. Он, разумеется, скажет, что проверял, в порядке ли я, — но на самом деле он любовался. Еще бы, ведь я самое совершенное творение Пустыни.

— Дивная Кара, ты так сладко сопишь, что тебя слышно в другом измерении. Поспи еще, моя хорошая. Скоро вернусь.

Я научу его почтительности, но потом. Я и, правда, спала, а он спешил в дом, где сражались ослабевшая от многовекового заключения гадюка и предатель-самец. Коварный и как следует напитавшийся силой.

В знак особого расположения я бы погладила супруга хвостом. Однако я же не кошка, а хвост стал чересчур тяжелым. Деус исчез.

Я даже не нервничала. Все эмоции были потрачены. Если Эрхайри погибнет, то так, как и надлежало королеве. Выдирая сердце тому, кто угрожал ее потомству.

Мужу же гремучник и гремучница навредить не могли. У него иммунитет к их яду в любой дозе. И вообще. Я выбрала себе такого мужа, который справится с любой напастью без моей помощи.

Палачу конец. В каждой семье есть своя уродливая тайна. И эту мы спрячем поглубже.

Три дня спустя.

Я сидела у окна в Сиреневой гостиной. Менее чем две недели назад в этой самой комнате Морлей кинул меня под ноги графу. Теперь я занимала хозяйское кресло… Нет, не так. Я занимала свое кресло. Отсюда открывался вид на центральный подъезд к особняку. Дело в том, что Деус отбыл в столицу и должен был вскоре вернуться.