Книга Дым и перья в академии Эгморра. Сказочная ложь, страница 230 – Кира Лин

Аромат его кожи перемешался с запахом крови и гари.

— Я люблю тебя, — тихо сказал он и посмотрел мне в глаза.

Меня окатило жаром, щёки вспыхнули. Я знала, чего ему стоили эти слова, как дорого обошлись чувства, и не могла позволить отдать за них свою жизнь.

Без него они не нужны мне. Я шевельнулась, отодвигаясь, но он охватил мою талию одной рукой и приковал к себе. Лиф платья пропитался кровью.

— Не надо, Бен. Нет, — мой голос сорвался на слабый шёпот. Он коснулся моей щеки, провёл большим пальцем по верхней губе, но я качнула головой. — Не прощайся со мной!

— Ты же знаешь, эту рану не залечить, — он застыл на миг, по лицу промелькнула гримаса муки. Под моей ладонью его тело напряглось и вздрогнуло.

Том был повержен, но напоследок перед тем, как уйти, он исполнил свою угрозу. Он хотел утащить с собой одного из нас, и плевать — кого именно.

На моих трясущихся руках остывала кровь Бена. Я не верила, отрицала, качая головой, бормотала под нос: «нет, нет, нет». Но его жизнь утекала сквозь мои пальцы.

От отчаяния перехватило дыхание, боль разливалась по телу, будто по венам текли иглы. Вдруг Бен хрипло выдохнул, и его ноги подкосились. Я придержала его, заставила навалиться на меня.

Он тяжелел, терял силы, но упрямо сдавливал локоть, прижимал к себе. Мы оказались так близко, что смотрели друг другу в лицо. И его глаза медленно угасали.

— Я ведь говорил…. Не хочу, чтобы ты видела, как я умираю.

— Ты не умрёшь, — глотая слёзы, прошептала я.

Он накрыл мой затылок ладонью и прижал к себе ещё теснее. Зарывшись пальцами в волосы, придушено, едва слышно рассмеялся. Веки его затрепетали и сомкнулись.

Я зажмурилась и упрямо поджала губы. Перед глазами пронеслась жизнь — не его, наша. Каждое мгновение, проведённое вместе, каждый наш поцелуй и каждое прикосновение, пусть мимолетное или невесомое, оно было нашим.

Каждый взгляд, невзначай, мельком или прямо в глаза — в них были наши чувства. Каждый вдох и каждый выдох, обжигающее дуновение на коже.

Бессвязно вскрикнув, я отогнала воспоминания, будто это могло всё исправить. Открыв глаза, смахнула слёзы тыльной стороной ладони и отодвинулась от Бена.

Его рука безвольно соскользнула с моих волос по спине и повисла вдоль тела.

— Тому повезло, что он уже мертв. Иначе я убила бы его снова, — мой горячий шёпот заставил Бена открыть глаза. Я сжала в руке его окровавленную рубашку, и произнесла твёрдо и с вызовом: — Он не заберёт тебя у меня!

— Эшли, — шепнул Бен, качнув головой, и его побледневшие губы шевельнулись в вымученной улыбке. — Это конец.

— Нет, Бен. Потому что я как никогда раньше точно знаю, чего хочу. И на этот раз Ты должен в меня поверить, — проговорила я и поцеловала Бена.

Губы его были сухими, холодными и солёными от крови. Он озадаченно нахмурился. Я вдавила ладонь в его тело, заставив всхлипнуть мне в рот и прогнуться.

И сила потекла в рану ровным потоком тепла и искрящейся энергии. Я чувствовала, как его плоть восстанавливается, как нарастает новая кожа — гладкая и горячая. И это было больно.

Бен вздрогнул, и его судорожный вздох слетел с моих губ, когда я оторвалась от него. Истинность пылала над нами голубым заревом.

На один трепетный миг мы прижались друг к другу, и стали чем-то целым — единым существом, единым телом, единой душой. Сплелись в ореоле магии и не заметили, как рана исцелилась.